Сергей Телегин
Чтение алхимии
Алхимики открыли для себя особый вид «гипнотического текста», когда образы и фигуры в тексте или слова в предложении составлены так, что не раскрывают перед читателем истину, а затягивают читателя внутрь, превращая его в соучастника текста. Там, где ассоциации и аналогии реализуются, формируя общее смысловое поле и единство алхимического текста, они должны восприниматься реалистически и буквально. Алхимические образы, имена, понятия или просто слова – не метафоры, а реалии в их буквальном прочтении и восприятии. Кажущаяся случайность в распределении образов, слов или эпизодов текста представляет собой не только смыслонесущую, но и буквально-реалистическую основу произведения. Алхимия достойна того, чтобы ее воспринимали буквально. Она завоевала свое право на реализм. Совершенство единства и согласованности алхимического текста опирается также и на его информативность и содержательность. Текст информирует о Великом Делании именно потому, что содержит его в себе, представляет и осуществляет его непосредственно и буквально в реальности. Таким образом, алхимический текст предстает как событие, поскольку он несет в себе Бытие, сам является Бытием (Книга есть Космос и Космос имеет форму Книги). Но и в то же время в алхимии истина и реальность проявляют себя негативно: Камень не-Камень, золото не есть золото черни. Тревизан в «Утраченном слове»: «Тело превращается в не Тело; это является настоящим Правилом для хорошего проведения операции». Особенности текста прямо отражают особенности мировосприятия алхимика и содержание самого Великого Делания.
Смысловая затемненность алхимических трактатов есть средство для формирования и погружения читателя в неисчерпаемую многозначность, многоуровневость, многобытийность Опуса. Великое Делание содержит навязчивое множество смыслов. Непонятность описания опуса и есть ключ к пониманию текста и самого процесса трансмутации. Сюрреальность происходящего, описанного в трактатах, является прямым доказательством реальности опыта, реализма описания и сверхреальности Великого Делания. Образы, рисунки и символы в книге И. Д. Милиуса «Opus Medico-Chymicum» или в «Hortulus Hermeticus» Д. Стольция (Штольца) соединены в откровенно случайном порядке (кроме первой и последней гравюры, конечно). Их беспорядочная непоследовательность указывает на нелинейность и непоследовательность самого алхимического Опуса и мировоззрения алхимика. Непоследовательность текста и есть главная закономерность Великого Делания, взятого во всех состояниях Бытия. Непоследовательность провоцирует парадоксальное слияние непосредственности, наивности и глубины восприятия текста читателем, вызывая в нем фундаментальное чувство сомнамбулической достоверности и онирической истинности описываемого. Схемы, формы и структуры сверхреального не могут быть последовательно и логично представлены, иначе они теряют смысл и истинность. Новые измерения открываются в перегруженном смыслами тексте за счет целенаправленного использования приема соединения, взаимопроникновения и слияния совершенно несочетаемых друг с другом образов, знаков и значений. Странным и причудливым образом гравюры соединены с афоризмами, смыл которых зачастую не имеет ничего общего ни с рисунком, ни с именем указанного алхимика. Такое сочетание изображения, имени и текста у Милиуса (и Стольция) усиливает смысловое поле, подчеркивая коренную и скрытую общность одного с другим и формируя таким образом их семантическое единство. Взаимодействие никак не связанных друг с другом символических форм создает общий смысловой фон, общую структуру, где оказывается, что каждая деталь соответствует своему предназначению и занимает свое уникальное место в общей архитектонике алхимического текста. Сочетание несовместимых, никак не связанных друг с другом элементов, отрывков текста, этапов Опуса, имен, цитат или символов вызывает самые неожиданные эффекты. Непоследовательность оказывается особым способом отражения Великого Делания.