Я как цветок в разбитой вазе -
Ловлю листками света след
И пью со дна напиток лет -
Одной ногой в middle age crisis ... ,
А где другой, смолчу пока:
Другой ноги нет у цветка.
... - Кризис среднего возраста (англ. )
XXXVIII
Не заблестит уже теперь мне
Звезда отшельника в миру.
Взойдя на путь тревог и терний,
Живу, покуда не помру -
Пока, валяясь на шезлонге,
Душа не помнит о заслонке,
Какую должно открывать,
Пред тем как пламя раздувать;
Пока солёный вкус угара
Из познавательных былин
Не поглотил моих глубин
Всевластной пастью Высшей кары,
Уняв сияние пространств
И алкоголь, и преферанс...
XXXIX
На днях, перебирая строки
В плену бумаги и чернил,
Я видел, как платан высокий
Ветвь на дорогу уронил
Размером человек так в десять.
На ветви той я б мог повесить,
Когда бы время вспять читал,
Весьма полезный матерьял
О безопасности прохожих,
Автомобилей, и т. д.
Но есть изъян в моём труде:
Он так же, как платан бескожий -
Ничто пред этикой основ
Грибков, термитов, грызунов...
XL
Прогресс всемирный, от азов и
До откровений Книги Книг ,
Превыше догм и философий
Темперологии должник,
Сыскавшей нишу в мирозданьи
Для междисциплинарных знаний
О феномене временном -
Неколебимом, основном!. .
Но подойдём к вопросу строго:
Здесь есть феномен, но чего?
Уж не сознанья ль моего,
Что ведает одну дорогу -
Путь от рождения во смерть -
А по иному и не сметь.
XVI
С тех пор, как, смяв стальные цедры,
Произведя нелепый взрыв,
Упали стены World Trade Center ... а,
Глаза и грёзы отрезвив,
И тысячи невинно павших,
На службу даж не опаздавших,
Сошли безвременно в астрал -
Запал острот я растерял
И пред судом не оправдаюсь,
Как смог когда-то сын времён,
Силком крещёный с двух сторон
Астролог Мойша Нострадамус,
В катрен вписав, стесав углы,
Предупрежденья кабалы.
... - Нью-йоркский небоскрёб, разрушенный в результате террористического акта.
XLII
В бассейне корабля штормило.
Валы катились на борта,
Когда глоток Bordeaux так мило
Вдруг выплеснулся мимо рта
И расплескался по ладони.
Мы шли в Бермудский треугольник,
Где, тайной содрогая мир,
Живой колышется эфир.
Британки сдержано кивали,
В бильярдной плыл сигарный дух,
А чем дышал в тот час мой друг
Я б догадался, но едва ли
На расстоянии таком
Услышит сердце хоть о ком.
XLIII
На расстоянии в полгода,
За миллион сомнений от
Строк генетического кода,
Которых твёрдый переплёт,
Заворожив созвучьем разум,
Был безошибочно предсказан
И лире передан моей,
Чтоб, доведя до страшных дней,
Помочь без слёз и проволочки,
Превозмогая боль и жуть,
Души нетленной тленный путь
От точки до финальной точки
Расправить в огненую нить
И дефисом закоротить.
XLIV
Мерцая, выплыли в тумане
Мирьяды крохотных светил
И, не сказав, к которой маме,
На дачу Гена укатил.
Припомнить не могу уж точно,
С какою миссией порочной
Мой друг направился туда...
Где ныне... серая плита...
Здесь, в жгут скрутив сюжет романа
И нить отчаянной главы,
С пегасом перейдя на "вы",
Я выну фигу из кармана
И труд, что всем по-кочану,
Задумчиво перечеркну.
XLV
Честь и бесчестье опорочив,
Строка влечёт меня назад,
А борода и орган прочий -
Вперёд; всё более разлад
Меж явью той и явью этой.
Но что Вам чаянья поэта?
Несоразмерны смех и стих:
Законы разные у них.
А стая строф, как стая уток,
Вспаряет, крики затая,
Туда, где с другом встречусь я,
Навеки раздвоив рассудок,
Дабы блеснуть виском седым
Перед нечтителем моим.
ПОСЛЕСЛОВИЕ
Не мысля критика забавить,
Его я тоже поразвлёк.
Всё лучше, чем владыку славить,
На гимн списав аккорды строк.
Века меняются и страны -
Кто станет петь отживший гимн! -
Уходят гении, тираны,
Дорогу уступив другим...
Незыблем только неустанной
Природы вещий произвол:
Арба собьётся на ухабах,
Всегда подавит сильный слабых -
Куда бы разум нас ни вёл -
Мечом, монетой ли, заветом...
Но шут на смех поднимет всех,
Развеяв мрак и догмы света,
Взяв на себя Вселенский грех.
1995 - 2001