Вступление.
Иногда кажется, что между мной и большинством людей стоит непроходимая стена. Они говорят, а я не слышу смысла. Они слушают, но не слышат. Их слова как шум ветра в листве: много звуков и мало тишины.
Язык толпы — это не про понимание, а про одобрение. Там всё построено на повторении, на знакомом ритме: скажи, как принято, и тебя примут. Не выходи за рамки или останешься один. Но я выхожу из этого круга.
Язык одиночки — это молчание, в котором есть смысл, потом возникает пауза между словами, взгляд внутрь себя, поиск слов не для других, а для истины. Я не хочу говорить, чтобы меня приняли. Я молчу, чтобы остаться собой.
Иногда меня спрашивают, почему я такой, почему не объясню, не скажу вслух, не вступлю в спор? Потому что спор — это их правила. Мой же выбор — это отказ. Отказ от объяснений, от доказательств, от борьбы за внимание. Я не часть их шума. Я — тишина, в ней моя свобода.
Они говорят, чтобы не молчать, а я молчу, чтобы услышать. Они хотят быть понятными, даже если для этого нужно лгать. Я не умею лгать, потому не говорю.
Система любит понятных. Чётких. Простых. Я не вписываюсь в систему. Не из-за гордости, а потому что не хочу быть другим ради места за столом, который мне не нужен. Мой стол — это берег реки. Моя речь — это ветер, камни под ногами, запах леса.
Они говорят, что я странный. Что слишком тихий, слишком резкий, слишком «в себе». Это правда.