В один из погожих
солнечных дней он пошел к мосту на набережной. Однако все изменилось на свете с
тех пор, когда он был еще мальчиком. Река Омка уже не судоходна, а, просто
превратилась в широкий ручей, и нет уже
того солнечного блеска воды. На том месте во всю ширь развернулся рынок. Базар
– как бы город в городе.
- «Боже как это было
давно, – у него на глаза наворачивались слезы, – но я никогда не забуду того
времени, какое это было несказочное счастье, когда она взяла меня за руку».
Была она неизменно
весела, ласкова, очень ко мне добра и простодушно говорила мне: «Ты мне очень нравишься».
Помню, я вспыхнул жаром
при первом же взгляде на нее, и не зная, что делать, от застенчивости
равнодушно произнес: « мне пора…. . »
У моста он опять
поднялся на взгорье, пошел в город по тротуару. Его целью было побывать на той
улице и во дворике – хотел взглянуть на все то, где когда-то появлялась она. Из
шумной, заполненной транспортом улицы он вошел в небольшой тихий дворик.
Ему хотелось вызвать в
себе воспоминания, а может даже грусть, и не мог на удивление. Ноги сами
понесли по двору, и день был такой же солнечный, только тогда был конец
августа, а сейчас начало лета. Все прочее было неизменно, разве что обилие
застекленных балконов. Он присел на скамью возле детской площадки – песочницы и
стал вспоминать, какой она была в то далекое их детство: ясный взгляд, светлые
волосы, легкое белое воздушное платьице. То было время ничем не омраченного
счастья, радости и восторженности двух, в сущности, еще детей, не понимавших
толком о начале любви. А сейчас все было спокойно и омрачено печалью, как будто
весь дворик сочувствовал ему в его воспоминаниях. Ему казалось, что еще миг, и
она откуда-то появится, выбежит ему навстречу в своей соломенной шляпке и
воздушном раздуваемом ветерком белом платьице. Он остановил свой взгляд на
дверях одного из подъездов, поднялся и пошёл. Двери были резные, из настоящего
тёса. «Стало быть, стоят давно, таких сейчас не делают,» - подумалось ему.
Взялся за кованую железную ручку и, приоткрыв дверь, шагнул на площадку
подъезда. Навстречу с внимательным и озабоченным взглядом спускалась по
лестнице женщина, старше средних лет, но он не выказал к ней никакого внимания.
- Простите! – уже оборачиваясь
ему вслед окликнула она, видя незнакомого с виду интеллигентного солидного
мужчину.
- Вы не насчет покупки
квартиры?
Он посмотрел на миловидную женщину и
скороговоркой ответил:
- Нет, не знаю! А что здесь продают квартиру?
Женщина удивленно посмотрела
на него, и он устыдился своей непрактичности.
- Да! – ответила
незнакомка. – Здесь недавно схоронили пожилую хозяйку небольшой квартирки, и
теперь ее племянники, наследники стало быть, продают ее.
- Ну разве только
небольшую, то можно, – не зная, что ответить, с легкой улыбкой на лице Владимир
Николаевич расположил к себе собеседницу, и она ответила тем же.
- Пожалуйста!... третий
этаж седьмая квартира, у меня ключи.