Деньги,
которые он проиграл в тотализатор,
поставив на вроде выигрышный матч, не
выходили у него из головы. Ладно бы
только свои, так он ещё занял у знакомых
под процент. А начинался-то бой так
хорошо! Боксёр, на которого он поставил,
поначалу посылал в нокдаун своего
соперника в первых двух раундах и Фёдор
даже крепко сжимал кулаки, словно
старался помочь своему спортсмену с
нокаутом. Но в одном из последних
раундов его боксёр пропустил сильный
удар в печень, ушёл в глухую защиту, так
и не сумев перехватить инициативу в
поединке. Последний раунд представлял
собой печальное зрелище – удары сыпались
один за другим и рефери остановил бой
ввиду явного преимущества соперника.
Фёдор
резко повернул за угол и неожиданно
столкнулся с молодой парочкой, о чём-то
весело болтающих и глядящих только друг
на друга. Парень нечаянно наступил
Фёдору на ногу и, заметив свою оплошность,
поспешил извиниться. Но ярость Фёдора,
наконец, нашла себе выход. Он резко
ударил парня в солнечное сплетение и
тот от боли присел на корточки, хватая
ртом воздух. Девушка с недоумением и
отвращением смотрела в упор на Фёдора.
Фёдор стал пятиться к краю тротуара,
затем он резко повернулся, чтобы уйти,
но ударился головой об столб светофора,
в глазах у него потемнело, и он потерял
сознание.
Фёдор
открыл глаза. Его тело, он чувствовал,
находилось в горизонтальном положении.
На потолке палаты, в который он упёрся
взглядом, горела тусклая лампочка.
Фёдор хотел повернуть голову, но голова
оказалась в шлеме, который был прикреплён
к чему-то. Руки, тело, ноги – всё, он
чувствовал, было обхвачено какими-то
ремнями, на которых он висит. Неожиданно
устройство, державшее его, повернулось
вокруг оси и поставило его вертикально.
Из полумрака выплыла фигура вся в белом.
Длинная белая мантия с длинными рукавами;
капюшон, закрывавший не только голову,
но и плечи; белая, почти плоская странная
маска, имевшая прорези только для глаз.
Фигура приблизилась к Фёдору и сказала:
— Не
стоило тебе бить парня. – Фигура помолчала
немного. – Теперь на тебя поступила
заявка.
—
Какая ещё
заявка? –
ничего не понимая, спросил Фёдор.
—
Заявка на справедливость.
Наказать тебя примерно, чтобы руки не
распускал.
Фёдор
отвел глаза:
— Да
не хотел я никого бить. Само как-то
получилось. Да и ударил я его только
разок.
Фигура
пододвинулась ближе.
— А
ты слышал про случай с одним боксёром,
тоже ударившим один разок парня? А тот
стукнулся головой об асфальт и умер
через некоторое время от гематомы в
голове?
—
Слышал.