Мама,
как обычно гремит кастрюлями на кухне, папа с дедушкой занялись починкой
компьютера. «Что-то он барахлить стал, разобрать да почистить его надо», -
поговаривал папа почти каждый вечер, и вот этот вечер настал.
Машулька
высунув язык, сидит за столом с альбомом и красками – пытается изобразить
уснувшего на подоконнике котенка.
Все
заняты делом. И Маришка тоже занята. Только очень странным делом: она
обижается!
Да, да!
Именно - обижается! Вы спросите на кого? И тут же Маришка Вам может сказать,
чуть не глотая слезы: «На всех!». Да, да! Именно «на всех»! И на маму! И на
папу! На Машульку с Ванюшкой! А особенно на деда!
Она-то
думала, что дед ее поддержит! Что согласится с ней! Да, что там согласится! Она
была уверена, что он поможет ей уговорить всех!
Ну, то,
что мама предложит для котенка самое обычное из всех обыкновенных кличек –
«Пушок», Маришку не удивило. Дальше посыпались не менее заурядные: Васька,
Рыжик, Мурзик. Замыкало это «буйство человеческой фантазии», конечно же, самое
простое, а потому и самое нелепейшее «Кот». Папа ни чего умней предложить не
смог. Даже Ванюшка с его выкрикиванием самых разнообразных слов: от мяча, до холодильника,
были интересней и приемлемей, чем эти их обыкновеннейшие кошачьи клички.
Маришка
мысленно осуждающе покачала головой. Все прокручивая и прокручивая в голове
утренние события.
А ведь
так все здорово начиналось. После всех гигиенических процедур, они все вместе
готовились к завтраку. Даже позволили Ванюшке с Машулькой самим (ну самим это
конечно громко сказано, все-таки мама насыпала в плошку корм из пакетика,
наливала воды, но!) подать коту корм и позвать на совместный завтрак. Звать на
завтрак, тоже можно было бы конечно сильно не орать, котенок крутился на кухне
вместе со всеми, но малышня выполнила условное «позовите котенка кушать», со
всей вложенной в них детской ответственностью. В два голоса, стараясь
перекричать друг друга, они вопили, что есть мочи обыкновенное «Кис, кис, кис!»
Но, надо отдать должное, что Ванечка миску с едой на пол поставил аккуратно, а
Маруська, почти, что даже не пролила ни капли воды, пока опускала на пол
кошачью плошку.
И
завтрак был вкусный. Маришка очень любила, когда папа готовил яичницу. С
легким, нежным, вкусным белком, с ярким словно солнышко желтком. Мама конечно
тоже умеет готовить яичницу, но, почему-то у папы она получается вкуснее.
Сидели за столом весело, поглядывая на довольного котенка и смеялись, когда он
наевшись сидел и умывался.
Это тоже
было еще то зрелище! Забавное! Пока он передней лапочкой умывал мордочку все
было просто умильно! Но когда он стал пытаться помыть языком и задние лапы, он
все время смешно заваливался! Слишком мал еще был для таких ответственных
кошачьих процедур.
Вот так
веселясь и смеясь все позавтракали. А дальше случился скандал! Началось все с
невинных слов мамы: «Ну и как мы назовем это безобразие?»
Вот тут
то Маришка и выдала единственную, как ей казалось, приличную кличку для котенка.
И неожиданно не получила поддержки! До сих пор она не может понять, почему ее
не поддержали. Особенно дед. Обида на него была особенно сильна. А вдвойне
обидно, что котенка так, ни как и не назвали.