А я не такая, я ненавижу СТЕШУ.
- Я знаю,
ты моя Янка и больше никто, и я ненавижу СТЕШУ, и всегда выключаю телевизор,
если её показывают. Но, что ты думаешь делать?
- Я
возвращаюсь домой. Домой, домой, к чёрту Москву, к чёрту Кутузовский, к чёрту
СТЕШУ.
- Знаешь,
по-моему, она полная дура.
- Жди меня, я скоро буду дома.
- Если ты
ещё не знаешь, чем заняться в Питере, я приглашаю тебя работать к себе в фирму.
Только у меня придётся работать головой, а не крутить попой.
В один из вечеров Глеб и Влад сидели в
прибрежном ресторане.
- Я так
рад, что всё наладилось, - сказал Влад.
Глеб сделал
затяжку и, смотря в окно, сказал:
- Разве
может всё наладиться навсегда?
- Надеюсь,
что тебя больше не посещают мысли, что всё не вечно?
- А ты в
это веришь? – спросил Глеб.
- Без
проблем жить тоже неинтересно, но трагедий хватит.
- Как
знать, Влад, как знать. В жизни всё непредсказуемо, тем она и интересна.
- Я точно
знаю, Wolf, все катастрофы давно
позади. А с неприятностями мы как-нибудь справимся. Или ты беспокоишься, что
твоя бывшая Ирина вновь появится?
Глеб
покачал головой.
- Она
никогда больше не появится.
Влад
пристально посмотрел на Глеба.
- Ты что-то
о ней знаешь?
- Знаю, что
больше она никогда не беспокоит меня, да и кому-либо жизнь тоже никогда не
испортит.
- Глеб, что
ты с ней сделал? – голос Влада дрогнул.
- Ты и так
всё понял, не так ли? – сквозь сиреневый дым на Влада пристально смотрели
холодные глаза.
- О боже, -
произнёс Влад, - Когда же?
- Почти
сразу, как я вышел из больницы.
- И ты
молчал?
- И сейчас
молчу. И ты, мой дорогой друг, ничего не знаешь. Всё, закрыли. Так ты
спрашивал, чего мне жаль? Иногда мне жаль, что всё позади.
Влад ещё
пару минут отходил от шока, но всё же взял себя в руки и сказал:
- Всё при
тебе, и у тебя есть всё: своё любимое дело, красавица жена, ребёнок, друзья,
машины, дом, квартира, даже любовница во Франции. О чём тут жалеть? А тебе нет
ещё и тридцати лет.
Глеб
помолчал немного, а потом сказал:
- Я жалею,
что нет больше Маши.