А когда Планета приближается к Солнцу,
ядро раскаляется и становится единым целым, ураганы исчезают, стабильность
возвращается!
МИХАИЛ
(в
бешенстве). Да о какой стабильности Вы говорите?
Это бред полоумного!
БОРИС.
Но это может случиться, Михаил! Нептун породил себя сам.
МИХАИЛ.
Алмазы питают Планету, сверхмассивные звёзды тут ни при чём.
БОРИС
(возмущённо).
Не скажите…
МИХАИЛ.
А я скажу! Это невыносимо. Всё рождает импульс, и только импульс.
Михаил хватает макет с подставки, и неуклюже роняет
его. Эллиптическая спираль рассыпается на части. Борис откладывает кейс и
собирает её.
БОРИС
(Спокойно) Спустя
семнадцать дней после открытия газового кружка был обнаружен Тритон. Спутник
Нептуна. Там есть ледяные склоны, жидкий океан, водные каналы. Вполне вероятно
вода сформировала внешний слой Тритона, и он стал идеально круглым. Вот там
наверняка есть жизнь.
МИХАИЛ
(Нервно, но с иронией).
Какое
откровение, Борис… Вам хорошо известны факты.
БОРИС.
Азотные облака входят в основу этого мира.
МИХАИЛ
(Язвительно) И
розовый закат!
БОРИС.
Скорее всего, Планеты подобные Нептуну или Урану формируют другие объекты в
виде Тритона и других спутников, где можно будет построить жизнь! Сами Планеты
безжизненные, но их спутники... Вот загадка!
МИХАИЛ
(Недовольно бормочет) Тебе хватит и нанометров, чтобы стать огранкой
для Урана. Ты этого хочешь? (Вслух) Это
тебе не аквамарин, всё достаточно серьёзно и куда страшней всех фантазий о
Планетах, подобных Нептуну. (С расстановкой). И никто Вас не найдет в
ацетилене хрома... Это надо срочно записать…
Михаил делает заметку о хроме и ацетилене в научный
журнал и пытается восстановить поврежденную спираль галактики. Он отпихивает
Бориса. Борис решительно отходит к кейсу.
БОРИС.
Там есть сезонные ветра и разрежённая атмосфера.