Группа велитов Гната почти сутки шла с ретиариями Нюры. Больше всех этому были рады Гнат и Юлдус, они не отходили друг от друга.
– Плохо это. Очень плохо – разговаривала Шадри с Илоной – Нельзя гладиатору любить. Любовь делает человека слабее. Воин должен быть жестоким, как зверь, чтобы победить.
– Наверное, ты не совсем права, Шадри, спроси Нюру. Она тебе скажет, что волк свирепый зверь, но и самый любящий самец. Он выбирает себе волчицу на всю жизнь, если она погибает – остаётся один. Вот где настоящая любовь.
Юлдус никогда не любила. Эта любовь у неё первая и верней всего последняя. Так пусть она познает её, прежде чем погибнет в схватке.
– У меня тоже была любовь. И он клялся, что любит только меня одну, пока я не застала его с другой. Я убила их, и после в любой противнице в поединке я вижу соперницу для себя во всём. Моя месть помогает мне побеждать.
– А как же Нюра? Почему ты её не смогла убить?
– Я думала об этом. Нюра не была моим врагом, она не хотела убивать меня, потому оказалась сильнее.
– Ты права. Нюра настоящий гладиатор. Она сражается не ради убийства. Она выше смерти, и таких людей смерть боится, избегает.
Распрощавшись с велитами, отряд Нюры свернул на дорогу, которая шла по равнине. Стали попадаться деревни и поселения.
В одной деревне крестьянин рассказывал девушкам.
– Вчера здесь проходили воины из Китая. На них напали гладиаторы эквиты из Монголии. Китайцы были закованы в латы, и копья эквитов не причинили им особого вреда. Тогда монгольские всадники лошадью сбивали китайских гладиаторов с ног, спрыгивали с коней и мечами искали уязвимые места в их доспехах.