Когда она родила Димку, а когда сын подрос, она устроилась работать
секретарём-референтом в компанию, где работала и по сей день. Она занималась не
только секретарской работой, но и подбором персонала, ей за это доплачивали,
хотя персонал не менялся со дня её выхода на работу, все эти братья, племянники
с высока смотрели на эту девку со стороны, но, она молча делала свою работу и
терпела. Федя занимался воспитанием сына, водил его в садик, потом в школу,
забирал, учил с ним уроки. Они копили на машину, Лена решила, что как только
купят машину, она забеременеет вторым и будет сидеть дома. Мужа и сына она
очень любила.
Она улыбнулась, вспомнился случай. Как-то они поздно забрали из садика
Димку, заглянули в магазин и шли домой. Было темно на улице, зима. Она
держала за руку сына, а сзади шёл Федя с двумя огромными магазинными пакетами.
Димка рассказывал, что произошло за день в садике. Вдруг на дорожку, по которой
они шли, из кустов вышли два парня, в спортивных костюмах, коротких куртках и
надвинутых на глаза шапочках. Парни перегородили дорожку, один щёлкнув выкидным
ножом, сказал:
- Так, молодожёны, деньги давайте, а сами валите.
Она краем глаза увидела, как Федя поставил пакеты на асфальт. Лена оттолкнула
Димку назад, к мужу и сказала:
- Федя, закрой Диме уши.
Он закрыл руками сыну уши, а она сделала шаг вперёд:
-Вы чё, сучёныши, рамсы попутали, ты, дефективный, «бабочку» спрячь, лучше в
«очко» себе или своему другу обдолбышу, там она красиво будет смотреться,-
дальше она стала красочно описывать ,кто и где мог таких дебилов родить и какое
бесперспективное будущее их ждёт под нарами.
Парни не выдержали словесного напора и ломанулись в кусты, как те самые олени,
с которыми были недавно сравнены в монологе. Она в азарте сунула два пальца в
рот и громко свистнула им в след, отчего загорелись окна в квартирах дома,
возле которого они проходили, и стало светло. Она повернулась к мужу, ожидая
увидеть на его лице ужас или презрение, но увидела в его глазах восторг:
- Ты где так научилась?
- На «химии»,- имея в виду не школьный предмет, а двор, в котором она росла,
он, наверное, понял по-другому.
- Хорошие у вас учителя были, нас в школе такому не учили.
- Да уж, учителя хорошие были,- сказала она, взяла за руку сына, он взял
пакеты и они пошли домой.
Из коридора раздавался храп и шёпот. Кто-то уже спал, кто-то ворочался,
устраиваясь на рабочих местах, только из-за шкафа лился призрачный свет от
монитора. Пашин компьютер был подключен к мощным «бесперебойникам», которые не
давали выключиться серверам, даже если исчезнет всё электричество на планете.
«Дня на два хватит»,- как-то говорил он Лене, когда устанавливал оборудование.
Мимо стойки кто-то тихо прошёл на цыпочках, потом со стороны двери в
бухгалтерию раздался слабый стук и шёпот:
- Юля, Юлечка, открой, это Максим.
- Максим, мы тут с Дианой Петровной, давайте завтра.
- Я тут нашёл в столе печение, вы не хотите?
- Очень хотим, а вы один?
- Да, наши спят уже.
Послышался щелчок замка, дверь приоткрылась и сразу закрылась, щёлкнул замок,
закрываясь.
Она попыталась перевернуться на бок, стулья стали разъезжаться, осталась
лежать на спине, стала засыпать. Вдруг почувствовала, как то-то гладит её ногу,
от колена и выше, под юбку, она дёрнулась.