Мир разворачивается и смотрится совершенно по-иному. Асфальт ровнее,
листья зеленее, смысл обретает все самые обычные действия. Легкая тяжесть и
осадок тоски в душе. Сладко подсасывали под сердцем. Немного обиды с привкусом
ревности слабо жгли под лопаткой. Рецепт любви или самоедства? Ингредиенты,
составляющие удовольствие были подготовлены. Какое блюдо получится под
названием любовь, зависит от кулинара. И еще. Какие он читал в детстве книжки.
Меня терзают смутные сомненья
И частые позывы вдохновенья
Ведут к душевным
откровеньям
За рюмочкой французского вина
Я осушаю сладкую до дна
Кричу вслед умирающей любви
Мою не жизнь с собою забери
И счастьем больше не дразни
Худеющую тень больного сна
Я видел в щель открытого окна
На краешке исписанного дня
Художником - грубым самоучкой
И ленью смазливой, лживой сучкой
Размазаны немыслимою краской
Не детские, ужасающие сказки
Об одиночестве и неотвратимой смерти
Но это не конец поверьте
Все только начинается теперь
И в миропонимание распахнутая дверь
Нет больше горя и конвульсий от отчаяния
Пренебрежений, в мучениях стенания
Обид осколки не ранят больше сердце
Все только начинается поверьте
С приходом времени назначенной весной.
Сергей отложил исписанный листок в
сторону. Сладко, потянулся и отправился на кухню ставить чайник.
- Неплохо получилось,- подумал он.
В
коридоре раздался звонок. Сергей отправился открыть дверь. На пороге стоял его
старый знакомый Федор. Со своим ростом под сто восемьдесят, он весил шестьдесят
пять килограмм. Поэтому был худой, как велосипед. Густая шевелюра на голове
кричала, что ее не стригли несколько месяцев. Орлиный нос подчеркивал в нем
целеустремленность и желание жить. Энергичный, в приподнятом настроении, он
плюхнулся в кресло и выпалил:
- Собирайся. Идем в гости.
- Куда и к кому?- задал вопрос Сергей.
- Вопрос не правильный. Главное с кем.
- Тогда с кем?
- Этот вопрос не уместный. Конечно со мной.
- А, ну раз с тобой. Точно не пойду, - и
Сергей отправился на кухню, оставив своего гостя одного.
Есть ли на свете счастливые люди.