Девушка из неблагополучной семьи встречает свою любовь в приезжем в командировку Вадиме. Наивность, скромность девушки импонирует мужчине и он задумывается о будущем с ней. В романе смерть подруги главной героини, ревность бывшей невесты героя, любовь.
Слезы навернулись на глаза. – « Сегодня вечером она будет выглядеть, как бедная родственница, а ей так хочется, чтобы Вадим ей гордился». Вадим застал ее грустной, лежавшей калачиком на диване. -Алеш, ты что, плакала? – удивился он. -Я…, мне…, в общем, мне нечего надеть! Я боюсь испортить вечер и опозорить тебя перед твоим начальником, - заревела она. – Я никогда не была приверединой, носила то, что было. Ты не подумай я не жадная, нет. Но сегодня нам лучше остаться дома. Поняв причину Алькиного горя, Вадим расхохотался. -Дурочка. Ты самая хорошая, самая красивая даже в этих простеньких джинсах. Но ты права, ты не можешь появиться перед очи моего босса, в этих шмотках. -Я, мне очень стыдно, но я подведу тебя. Над тобой будут все смеяться и громче всех она. -Так ты обо мне беспокоишься? Алька кивнула головой. Вадим опять расхохотался. -Одевайся, едем. Сегодня ты будешь самая красивая и желанная, но только для меня. Смотри, я, кажется, начинаю уже тебя ревновать. -Глупости, ты такой красивый, я рядом с тобой, как ощипанный цыпленок, на меня никто даже и не посмотрит. Может, я все-таки останусь дома? -Никаких дома! Собирайся, едем! Алька грустно вздохнув, сказала: -Опять тебе придется на меня тратиться. Мне так неловко. -Дурочка, мне очень приятно тратить на тебя деньги. Не пере¬жи¬вай, на наш век хватит и еще останется. Объезжая магазины, Вадим критически осматривал предложен¬ный ему товар. Остановив свой взгляд на кремовом платье, он предложил Альке примерить его. Охнув, девушка стала рассматривать вечернее платье. С вырезом в виде лодочки, длинными рукавами с прорезя¬ми, длинное до самого пола и усыпанное блестящими стразами, оно было божественно красивым. -Ты так и будешь на него смотреть? Алька посмотрела на Вадима, в глазах было восхищение. -Иди, примерь, - подтолкнул он ее к кабинке.