А потом мы ведь опять встретимся. Только время
идет не в твою пользу. Тут с тобой нянчиться не будут, это не кино. И месяц
тебя тут держать никто не будет. Смотри, чтобы тебя уже завтра к стене не
поставили.
Павел
резко поднял глаза и посмотрел на Александра. В этом взгляде читалась животная
ярость, но в слух Павел ничего не ответил.
Александр,
видя эту ярость в глазах, чувствовал внутреннее удовлетворение, которое удачно
скрывал за маской равнодушного спокойствия. Именно в этом и была тонкая
хитрость его методики: добиться такого состояния подозреваемого, когда тот в
порыве ярости начнет совершать ошибку за ошибкой.
Чем
больше человек психологически накаляется, тем менее связанными становятся и
мысли, и действия.
Поняв,
что процесс идет в нужном направлении, Александр решил резко сменить
направление допроса. Достав из папки фотографию, которую недавно дал ему Игорь
Николаевич, и положив ее на стол перед подозреваемым, Александр спросил:
–
Скажи мне, Павел, откуда у тебя этот пакет и что за таблетки внутри этого
пакета?
Лицо
Павла тут же изменилось, и Александр сразу подметил возникшие перемены. Это был
не испуг, не удивление и не растерянность. Павел что-то вспомнил, и на его лице
читался страх.
–
Мне их дали.
–
Кто дал? – настойчиво спросил Александр.
–
Я не помню кто.
В
голове Павла стали проступать воспоминания, как вспышки, которые то возникали,
то исчезали, но связать их в одну картинку он не мог.
–
Это был мужчина. Он направил на меня оружие и...
–
Наркотик, – договорил за Павла Александр.
–
Я не помню.
–
Опять не помнишь, – усмехнулся Александр.
–
Помню, что на запястье была татуировка в виде римской тройки.
–
Мужчина, оружие, татуировка в виде римской тройки, – с долей сарказма повторил
вслух Александр. – Знаешь, парень, не убедил ты меня.
После
этих слов Александр встал из-за стола и, собрав разбросанные по столу
документы, направился к двери. Уже около не он повернулся снова к опустившему
голову подозреваемому, сидевшему к нему спиной, и добавил:
–
Я дам тебе время подумать, мы встретимся с тобой во второй половине дня. И
надеюсь, ты скажешь мне больше. От тебя мне нужны данные по той дури. Сдашь
тех, кто толкал тебе наркоту, может, и организуем все под твою невменяемость.