– Ну да,
немного меньше, чем лорд Ариньян, - усмехнулся Инголмо. – Ты сама, вероятно,
сможешь выдержать пребывание в аномальной зоне, а вот тот, кто внутри тебя,
нет. Это очень опасно для нерожденного ребенка, особенно на мертвом Кемене…
Элис резко
отстранилась, разорвав кольцо его объятий, и уставилась в пространство
неподвижным взглядом.
– Не может
быть… Я бы почувствовала, разве нет?
В этот
момент она выглядела такой растерянной и уязвимой, что у Инголмо на глаза
невольно навернулись слезы. Разбалованные могуществом, привыкшие во всем
полагаться на магию, они плохо справлялись с обычными человеческими проблемами.
Когда масштаб твоей личности за одно мгновение уменьшается примерно в сотню
раз, трудно по-прежнему оставаться на высоте.
– Линья,
неважно, кто из нас догадался первым. Твоя задача – сберечь и сохранить нашего
малыша, а моя – вытащить вас отсюда как можно быстрее. Вот такое распределение
обязанностей. Будешь возражать дальше?
– Нет… -
Элис помотала головой, а потом вдруг бросилась ему на шею и расплакалась.
Глава 19
На то, чтобы
задействовать складскую технику, доставить часть запасов к выходу из
подземелья, перегрузить их в фионы и переправить в безопасное место, ушло
несколько дней. Путешественники работали, как одержимые, и все равно ресурс,
который мог бы на начальном этапе обеспечить выживание местного населения,
оказался ничтожно мал. Но больше откладывать решающую схватку было нельзя,
потому что состояние лорда Ариньяна резко ухудшилось. Общая нервозность тоже
усиливалась с каждым часом, потому что нет никого более раздражительного, чем
лишенный магии волшебник.
Пока
остальные разрабатывали план операции и проводили необходимую подготовку, Люк
сидел у самого края аномалии, изучая ее особенности и обстановку по другую
сторону воронки. Поздно ночью к нему присоединялись Инголмо с лейтенантом
Феланом. Они вместе уточняли детали и выстраивали собственную схему действий,
как бы план внутри плана, который обеспечивал безопасность сиогэй. После
завершения этой самоубийственной миссии ее участники могли оказаться в самых
неожиданных местах, поэтому следовало по возможности предусмотреть каждую
мелочь.
Оказавшись в
непосредственной близости от аномалии, Люк сразу понял, что именно следует
делать. Ему не требовалась долгая подготовка, но ради своих родных он терпеливо
ждал, мысленно отсчитывая дни, оставшиеся до родов Кэйт. Люк скучал по жене
гораздо сильнее, чем мог от себя ожидать. Лишенный возможности видеть, слышать
и чувствовать свою любимую он дни напролет предавался воспоминаниям и жалел
лишь о том, что их оказалось так мало.
Люди, эльфы
и волшебники молча, с растерянным видом стояли у входа в подземелье, не зная,
как лучше подбодрить друг друга. В случае неудачи кому-то их них предстояло
навсегда остаться на умирающем Кемене, а кому-то сгинуть в неизвестности.
Расставались Николас и Майли, разлучались Инголмо и Элис, снова уходил в никуда
Лукас. Рядом с путешественниками топталась погрустневшая птица, которую они для
удобства окрестили госпожой Майве.
– Хотелось
бы к вечеру убраться с этой планеты, - невыразительно произнесла Элис, пытаясь
подражать собственному небрежному тону, - и нормально поужинать. Мне ужасно
надоела походная еда.
– Как
прикажешь, повелительница моего сердца, постараемся закончить побыстрее.
Улыбка
Элиана Янты была искренней, он единственный из всех прекрасно владел собой,
излучая спокойствие и уверенность.