- Н-но… - опять нечего сказать, так как
правдивые слова больно били по самолюбию.
Однако проснувшееся здравомыслие не
давало произнести очередную глупость
или оскорбление. Вновь установилась
неловкая тишина, нарушенная серьезным
голосом Нории.
- У меня нет родителей. Вернее, моя мать
умерла в детстве, а биологического отца
никогда не видела и знать не хочу, кто
он. Жизнь… да какая жизнь. До появления
папки я просто существовала, выживала
в ожидании – когда меня, как старших
подружек, под радостный гогот заведенной
толпы разложат на столе для удовлетворения
похоти. Надеяться могла только на быструю
и безболезненную смерть. Это был
единственный возможный шанс прекратить
мучения, растянутые на десятилетия…
Норман не мой родной брат. Наши матери
всего лишь дальние родственницы, но он
постоянно заботился обо мне как о родной
младшей сестре. Ему так же приходилось
непросто – он всегда выглядел и вел
себя куда старше, чем на самом деле, от
чего отношение к нему и спрос за поступки
соответствующие. Его в будущем ждала
участь гладиаторского мяса и если бы
не сдох в первой же разборке банд или
от какой-нибудь наркоты, то уже сам с
дружками раскладывал бы таких девчонок,
как я.
- Прости, я…
- Прекрати!. . Я тебе это рассказываю не
ради твоей жалости, сочувствия или
чего-нибудь такого! Просто чтобы ты
понимал: твоя «плохая» жизнь и
«несправедливость» родителей - ничто!
– со злостью прокричала девочка. –
Знаешь, в чем самый ужас?! Это когда твоя
родная мать просит чужого человека
спасти свою дочь, до этого старательно
уничтожившего весь известный ребенку
мир, а затем умоляет убить и ее, чтобы
прекратить мучения и дать наконец
отдохнуть!. . Или когда маленький мальчик
с серьезным не по годам лицом со слезами
на глазах настойчиво упрашивает прервать
страдания похотливого существа, когда-то
давно бывшего его заботливой и любящей
мамой, но из-за наркотиков и прочей химии
сошедшей с ума и не раз пытавшейся
привлечь собственного сына к своим
сексуальным играм или изнасиловать!. .
Теперь еще раз попробуй мне объяснить
– почему я должна понять тебя?!
На такое ответить Ар-МинНату оказалось
нечем. Да и кто из его знакомых или друзей
детства вообще смог бы представить
возможность ТАКОГО. Да, он может попытаться
обвинить девочку во лжи и потребовать
доказательств… Но для чего? Чтобы еще
больше обозлить против себя? Прекрасный
поступок, нечего сказать. Тьфу, что за
мысли лезут в голову.
- Тогда как ты… - не смог закончить
вопроса, но его вполне поняли.
- Папа с тетей Ирой и дядей Германом как
раз искали возможных потомков… одного
истребленного клана. – легкая, но
показательная заминка, говорящая о
низком доверии к нему. - Их поиски привели
к базе нашей банды, казавшейся мне тогда
всем миром… Они убили всех: мужчин,
женщин, детей. Не разбирались, кто бандит,
а кто нет. В живых оставили меня с братом
и тех, кого искали… По происхождению я
и Норман оказались гражданами Федерации
и чтобы избежать попадания в приют, по
условиям не сильно отличающийся от
старой жизни, они нас усыновили. Вернее,
рес Эйдера-Ир-Гокх усыновила меня, рес
Ире-Чун стала мамой Нормана.