Давно он, как следует, не
смотрел на себя. Да, бесспорно, лицо красивое с правильными чертами, но
холодное и равнодушное, как у матери. Глеб улыбнулся, появились ямочки, так-то
лучше. Но раз ему дана такая внешность,
он будет этим даром природы пользоваться. А чувства других? А на чувства других
наплевать! А как же он? А у него в запасе много нежных слов и страстных
поцелуев. Он может их раздавать направо и налево, и одаривать ими девушек, как
одаривают монетами нищих.
Глава 20. Чужая жизнь
Была уже глубокая ночь, но Глеб не
останавливался, хотя и не спешил. Был очень сложный участок дороги в горах.
Глеб тихо слушал музыку и наслаждался мыслью, что завтра будет на море. Вдруг
за резким поворотом, он увидел тёмные силуэты и машину спасателей. Видно, здесь
произошла серьёзная авария. Он поехал медленней, чтобы случайно куда-нибудь не
врезаться. Навстречу ему выскочил какой-то человек и замахал руками. Глеб нажал
на тормоз, и машина резко остановилась. Мужчина что-то кричал на испанском
языке и, видимо, просил о помощи.
- Я не
понимаю испанского, не могли бы вы говорить по-английски или по-французски, -
спокойно сказал Глеб на английском и повторил то же самое на французском.
Мужчина
сказал, перемешивая английский и французский языки.
- Отвези
сеньора с ребёнком до Сарагосы, до какого-нибудь госпиталя! Его жена с дочкой только что на его глазах
улетели на своей машине в пропасть! Он ехал со старшим сыном сзади и всё видел!
Его жена не справилась с управлением.
- Конечно,
- ответил Глеб.
Спасатели
подвели мужчину и мальчика лет десяти к машине Глеба, и помогли им забраться на
заднее сиденье. Глеб посмотрел в зеркало
заднего вида. То, что он увидел, поразило его. У ребёнка были закатаны глаза, а
изо рта свисала пена, видимо, с ним случился припадок, подобные припадки
случались и у Вовки. Мужчина сидел прямо как палка, он был настолько бледен,
что казался манекеном. А большие чёрные глаза казались неестественно огромными.
Изредка у него подрагивали губы, и из глаз выкатывалась слеза. Машина уже давно
неслась со скоростью, которую Глеб считал предельно допустимой при такой
сложной дороге, а мужчина и мальчик всё сидели в таких же позах. Когда они
въехали в город, Глеб спросил на двух языках, где здесь госпиталь. Но мужчина
не ответил, он даже не слышал Глеба.