Элла открыла бардачок, оттуда выпала упаковка презервативов.
- Салфеток тут немного, в отличие от другого, - сказала она.
- Это стратегический запас.
Они ели бургеры, таскали из одного пакета картошку, пили кофе и смеялись.
Потом Глеб довёз её до дома, мягко остановив машину, он спросил:
- Может, оставишь свой телефон?
Элла отрицательно покачала головой.
- Ну тогда, может, я тебе оставлю? Вдруг понадобится личная развозка или
захочется поесть чего-нибудь вредного на ночь?
- Сегодня – это исключение. Я не хочу, чтобы твоя Ира или твоя будущая
девушка меня убили. У меня большие планы на жизнь.
Элла улыбнулась и выскользнула из машины.
А Глеб, взяв ещё кофе, долго
катался по городу, курил, слушал музыку и думал. Думал о том, что никто ещё ему
так не нравился, как она. Её улыбка и глубокие зелёные глаза, её смех и
рассыпанные по спине волосы и эта прядка на глазах. Сердце сжималось, лицо горело, да что
это с ним? Ему было и плохо, и хорошо одновременно, что-то сладко тянуло в
груди, в первый раз за всю его жизнь.
На пороге квартиры его встретил
испуганный Вовка.
- Глеб, где ты был? Тебя с ночи Ира ждёт, пришла, плакала теперь,
наверное, уснула.
- Ты какого хрена её сюда пустил? – Глеб перешёл на злой шёпот, он был
готов убить Володю.
- Но она же твоя девушка.
- Ты забыл правило? Никого, кроме Влада, к нам домой не пускать, если
меня нет. Это Влад?
- Нет, конечно.
- Тогда почему?
Глеб жёстко стал отчитывать брата, а тот, понурив голову, плакал.
- А теперь я ухожу, она проснётся, скажи, что я уже в универе.
- Я так не могу сказать, - жалобно произнёс Вовка, - сегодня воскресенье.
- Чёрт, - ударил кулаком в стену Глеб.
Дверь приоткрылась, Ира вихрем вылетела из комнаты и бросилась к Глебу.
- Глеееееб! Где ты был всю ночь? Кто она?
- Володя, иди к себе, - приказал Глеб.
А через час Ира в истерике покинула квартиру, а Глеб собрал по дому
оставленные ею вещи и с отвращением выкинул.
А вечером его снова потащило в ночной клуб. С
собой он прихватил Яну, она обожала ночные клубы, и к тому же никогда не
выносила ему мозг. В клубе было, как всегда, шумно,
дымно, многолюдно. Музыка билась в стены, пытаясь вырваться наружу.