- Не
сомневаюсь! Юля! Юля! Ты, подонок, только попробуй поднять на меня руку! Я тебя
тут же прирежу, и плевать на всё.
- Вот этим
ножом? – кивнул Глеб на большой разделочный нож.
- Да, хотя
бы им!
- Я вам дам
такую возможность.
Глеб взял
со стола нож, вложил ей в ладонь и отпустил её руку.
- Я жду.
Ольгу
Викторовну сводила с ума эта наглая усмешка и дерзкий взгляд. Убить бы его!
Чтобы Глеб упал к её ногам, корчился в муках, просил помощи. Каким бы
наслаждением было, наконец, увидеть в его глазах не издёвку, а мольбу! Она
приставила ему нож к шее, туда, где была татуировка. Хотя бы напугает его. Хоть
бы раз увидеть на его лице испуг, и она навечно обретёт над ним власть!
Глеб смотрел ей прямо в глаза, и губы его
опять скривились в ироничной насмешке. И вдруг он, стоящий с ножом у шеи,
рассмеялся самым издевательским смехом, который Ольга Викторовна только слышала
в своей жизни. Нож выпал из рук, она опустилась на табурет и, закрыв лицо,
заплакала. Глеб подошёл к ней,
облокотился на стол, и убийственно спокойным голосом сказал:
- Вот что я вам скажу, мамаша. Вам меня никогда
не сломать, не заставить плясать под свою дудку, как вы заставили Дэна и Диму.
Никогда вы не увидите меня, ползущего на коленях. Вам никогда не испугать меня,
не подчинить меня себе. Просто потому, что я никогда никому не подчинялся. Вы
можете обзывать меня как угодно, говорить гадости направо и налево, меня не
волнует ваше мнение обо мне. Но за свою семью
я буду драться, как тигр. И если будет нужно, я запру вас дома, лишу вас
телефонов, перережу все каналы связи, чтобы вы вашим грязным языком до них не
достали. Я заберу Юлю и Анатолия Борисовича от вас, если понадобиться, и тогда
вы отравитесь своим же ядом. Так что, дорогая тёща, мой вам искренний совет,
держитесь от меня и от моей семьи подальше.
Ольга
Викторовна оторвала от лица руки и посмотрела на Глеба. Его жёсткое лицо было
совсем близко, стальные глаза смотрели на неё с презрением.
- Вас
бесит, что я не боюсь вас, что вам ничем меня не пронять ни словом, ни делом,
что вы никак не можете увидеть на моём лице испуганное, молящее выражение
беспомощного щенка. Что ж, этого удовольствия я вам никогда не доставлю. До свидания,
мамаша, и помните, что я вам сказал насчёт Дианы и нашего ребёнка.
Оставшись
одна, Ольга Викторовна снова разревелась. Какой кошмар, какой позор! Её,
верховодящую всегда всем и вся, поставил на место двадцатидевятилетний
мальчишка! Как же такое возможно, он,
такой молодой, раскусил её?
Глеб уже собирался трогаться с места, как увидел
Диму, вылезающего из-за руля автомобиля, конечно, Глеб не смог удержаться,
чтобы не съязвить. Он подъехал к Диминой машине, опустил стекло и сказал:
- Кого я
вижу за рулём авто!
- Wolf? Что ты здесь делаешь? – удивился Дима.