Вацлав в последний раз посмотрел на отца и, обмякнув, умер у него на руках.
Тонко завыв, Богдан обнял сына, качая его, как малое дитя.
Джафар, напуганный и бледный, с трясущимися руками, бросился к своему палантину. Испугавшись бунта, он велел немедленно ехать домой.
Остап, грозно глядя вслед сбежавшему Джафару, процедил:
-Беги, гнида, все равно от смерти не сбежишь, придушу жирного гада.
Стражники, очнувшись, быстро защелкали кнутами, собирая всех в кучу. Отодрав Богдана от мертвого сына, они прогнали его к пленникам. Труп юноши привязали к лошади и повезли к дому Джафара.
-Отдайте мне его! – кричал, убитый горем отец. – Я похороню его по-человечески.
Но, стражники молча удалились вслед за своим хозяином.
После смерти сына внутри Богдана, словно все умерло. Он перестал есть, его взгляд потух. Он словно ждал смерть, которая не спешила к нему идти.
После ужина Фрол подсел к Богдану.
-Послушай, Богдан, нельзя же так. Неужели ты не хочешь отомстить за смерть своих близких?
Искра ненависти вспыхнула в погасших было глазах поляка, руки непроизвольно в кулаки.
-Что ты хочешь от меня, Фрол?
-Я хочу, чтобы ты жил.
-Зачем?
-Чтобы отомстить!
-Ты же знаешь, что он стал еще осторожней после смерти Вацлава и не подходит к нам близко.
-Не все же время он будет осторожничать. Нам нужно бежать, ты поможешь нам?
-Я никуда не пойду, все, кто был мне дорог, находятся здесь. Пусть я не знаю, где похоронен Вацлав, но я останусь здесь.
Богдан замолчал, но потом тихо добавил:
-Фрол, я помогу вам бежать.
-Спасибо тебе, брат.
Они обменялись рукопожатиями.
Прошел примерно месяц, после того случая и Джафар быстро забыл об осторожности, он уже не так боялся пленников и смело посматривал на Богдана.
Еще один люто ненавидящий Джафара человек, замыслил отомстить ему за позор и смерть своих близких. Им оказался Мустафа, местный бедняк, который отдал своего сына в гарем, чтобы тот не умер с голода. Получив деньги, которые ему дал Джафар, он потратил их на свою семью. Но, как говорится, деньги быстро закончились, и Мустафа был вынужден идти работать на каменоломню за нищенскую зарплату, оставив дома жену и пятерых дочерей.