Он работает в той же клинике и мог либо зайти, либо остаться после
работы, застрелить и уйти. Про день рождения он мог знать, поэтому и
спланировал в это время убийство отца. Арину устранил, вколов ей пьяной
смертельную дозу наркотика, и оставил возле клуба. А Руслану мы сами ему
показали».
Лаврухин набрал номер Эрика.
– Господин Штейн, у следствия появились к вам вопросы. Не могли бы вы
подъехать в управление?
– Я сейчас на даче и завтра буду только к обеду в городе.
«Я знаю, что ты на даче у Соколова, – раздражённо подумал Александр
Анатольевич. – Завтра суббота. Опять выходные летят к чертям собачьим!»
– Хорошо. Буду ждать вас в понедельник.
Полковник набрал следователя:
– Паша, наружку установили?
– Да. Всё под контролем. Лана на даче у Соколова. С ними Эрик.
– Чёрт! Не нравится мне это! И Эрик возле Русланы… – раздражённо сказал
Лаврухин.
Зазвонил мобильник.
– Александр Анатольевич, «Манхеттен» начинает работать с двадцати трёх
часов, но я нашёл такси. Был вызов в начале третьего, и таксист запомнил пару,
они были невменяемы. Он отвёз их обоих до адреса Эрика. Ему пришлось помогать
им дойти до лифта. Они оба не держались на ногах. Потом таксист уехал. Это было
в два двадцать. У водителя была последняя поездка, поэтому он и время запомнил.
Вызова такси после двух часов на адрес Эрика не было.
– Молодец. Спасибо. В клуб зайди, покажи фотографии, может быть, что-то
нароешь. Ну и развлекись заодно, – хохотнул Лаврухин.