Когда
Эрик уехал, Анна делала генеральную уборку комнаты Эрика. В стол она заглянула
потому, что Эрик имел привычку оставлять остатки еды в ящике стола. В столе она
нашла капсулы и выкинула, они валялись без упаковки, а что это за лекарство,
она не знала.
В кабинете полковника воцарилась тишина. Было слышно, как дышит молодой
оперативник, Павел рисовал замысловатые узоры на бумаге, остальные уставились
кто в стену, кто в окно.
«Мозговой штурм», – усмехнулся Лаврухин, а вслух сказал:
– Эрик не мог заменить лекарство в капсулах на цианид. Он встретил Ольгу,
привёз в квартиру и отправился в клинику. Показания свидетелей в клинике о
времени прихода Эрика на работу, совпадали с прибытием рейса из Мюнхена плюс
время на дорогу от аэропорта до дома. Он не мог взять капсулы у Ольги, заменить
лекарство и положить снова во флакон. Готовых капсул с ядом у него не было. Те
капсулы, что он взял в Мюнхене, так и остались там. Смерть Ольги не на совести
Эрика. Кто убил Арину? Кто же это в чёрной толстовке с
капюшоном, скрывающим лицо, в чёрной медицинской маске и медицинских перчатках?
– невесело рассуждал полковник.
Лаврухин обратился Павлу:
– Покажи запись с регистратора за весь день в среду. Что-то там есть, но мы
пропустили. Смотрим внимательно все детали.
– Есть! – ответил опер. – У меня есть фото с выставки. Сейчас кину всё на
ваш компьютер.
Молодой оперативник оживился:
– В четверг утром Арине вкололи наркотик и отвезли к «Манхеттену». В
следующую ночь убили Рональда Штейна. За день до этого пропал пистолет Соколова
из сейфа. Затем подстрелили Эрика. Если бы мы его не отпустили, как тогда его
можно было убить? Вчера должна была умереть Руслана. Кто злодей? Это делал тот,
кто был в курсе всей истории.
– В курсе этой истории все, – мрачно уронил Лаврухин.
Павел прислал информацию с выставки на компьютер полковника. Все рассматривали
фотографии с выставки. Лаврухина привлекли фотографии, где с художницей, чьи
картины были возле двери в кабинет директора, стоит Мартин, а за его спиной какая-то
женщина открывает двери кабинета директора. Задний фон был расплывчатым,
неясным.