Глава 6. Ольга в Питере.
Тот, прежний, поезд Ольги мчался с бешеной скоростью, пока не
унёс с собой Черномора, выбросив её на обочину и дав ей забвение. Если бы у Ольги
не было амнезии, она тогда не выжила бы от полученных травм и потерь. В тот
день, когда погиб Черномор, а она попала в аварию и осталась в живых, наступила
тишина и темнота. Очнулась Ольга уже в Мюнхене. И всего того, что произошло, не
помнила совсем. Она словно родилась в тот день, когда открыла глаза. Где она?
Кто она? Что произошло? Медсёстры смотрели на неё с улыбкой. Ольга не понимала
что они говорят. Постепенно она начала разбирать их речь, но непроизвольно у
неё выскакивали русские слова. Она говорила на смешанном русско-немецком языке,
что веселило персонал и доктора, который её лечил.
К ней приходил следователь, рассказал, про перестрелку, в которой
погиб её муж и любовник. Она не помнила погибших людей, не помнила аварии, никого
не узнавала на фотографии. На не смотрели чужие люди, никаких ассоциаций не
возникало. Кто она и как её зовут, кто пострадал. Она не помнила ничего.
Судьба сжалилась над ней и дала забвение. Мозг не хотел
помнить прошлое, а сердце помнило. Ольга стала другой. Она словно жила внутри
себя и слушала шёпот сердца, только не понимала, отчего оно грустит. Как она
хотела вернуть память! Как она хочет сейчас чтобы этого не случилось! Как
теперь жить с этими воспоминаниями? Вместе с ними вернулась и любовь к
Черномору. Если
человек умер, его нельзя перестать любить, черт возьми. Байкеры не умирают, они превращаются в ветер.
Этот ветер звал её, манил, мучил. Она жалела мужа, но ничего не испытывала к
нему, кроме благодарности. Она вспомнила свои чувства к Черномору, его руки,
поцелуи. Она помнила последний его взгляд. Почему она не умерла в тот же день?
Зачем она выжила?
У неё никого нет, кто бы знал её прошлую. Где её родители? Захотят
ли родители мужа видеть её.