Он хуже, чем ЧК: невидим, неотвратим и при этом справедлив. И, самое главное, непостижим для нас, чекистов. Мы караем врагов, а Он их и нас любит, как своих детей. Такая вот петрушка получается.
Извини, тут полицай проснулся, пора допрос снимать. Толик, проверь карманы. Толик выскочил из ниши и за секунду обыскал участкового. В кармане блюстителя порядка кроме корочек были обнаружены несколько презервативов, пара соток долларов и конфета чупа-чупс.
- Итак, как говорил Шерлок, включаем дидукцию, - задумался старшой, - ты полицай, молчи пока, без тебя разберусь.
- С презервативами все просто, низкий моральный облик, случайные связи и роковые тайны от жены. Угадал? - он повернулся к Сидорову, - по морде вижу, что в точку попал! Смотри как заерзал!
Иностранная валюта, понятно дело, мзда за сокрытие важной оперативной информации. Скорее всего, получена от таджиков или узбеков, нелегально работающих в его владениях. Гляди-ка, угадал, на одной банкноте написано – привет маме из солнечной Москвы! А на другой еще лучше – «все славяне продажные твари!» Ну, тут наш гость с Юга не прав. Не все славяне твари и уж тем более продажные.
Он мечтательно глянул в потолок и с грустью произнес, - помню на обыске у графини она мне бриллианты предлагала. Думаешь, взял? - он испытующе посмотрел на Ивана, - конечно, взял, но с каким отвращением!
А вот конфетка - крепкий орешек. Сам полицай вряд ли сосет леденцы. Тогда что это? Предмет любовных утех? Не думаю. Эврика! Это гонорар девочке в песочнице, которая нас сдала.
Участковый вытаращил глаза и сглотнул слюну, насколько ему позволяли грязные носки во рту. Удовлетворенный своей проницательностью, старшой вынул кляп и заботливо спросил: - Что, будем с тобой делать, ума не приложу. Здесь тебя грохнуть? Так я уборкой страсть как не люблю заниматься.
- А давайте вывезем его в лес и закопаем по шею в землю, - вдруг оживился Иван Николаевич, не любивший местного держиморду. Его ведь Грибником кличут, говорят закапывает своих врагов, как грибы.
- Отличная идея, да какая свеженькая и крепенькая, как боровичок, - старшой похлопал Ивана по плечу, - ты брат, прирожденый чекист. Не знаю, зачем словоблудием занялся. Пока не поздно, иди в разведку, там такие нужны.
- Никто из нас не знает, на что способен, - скромно потупился журналист, - я не злой, мы его ночью прикопаем на тропинке. Там пенсионеры целый день шныряют. Найдется за пару часов, если муравьи не съедят.