Римма то ли
улыбалась, то ли морщилась. Меркадзе поглядывал на них, как собаковод,
ожидающий, когда они уже доделают свои дела.
– Что ж, ладно, – всплеснул он
руками, не дождавшись, – раз уж всё обговорено, я растворяюсь. Семён, проводите
меня. До свидания, – он подумал и всё-таки протянул Дэну руку, а потом пожал
ладошку и Римме. – Крепитесь.
Когда Лирков раскрыл дверь, с той
стороны ворвался мощный говор, мгновенно смолкший при появлении Меркадзе.
– Распоряжения? – спросил Дэн.
– Будь на связи.
И для чего тогда меня в шесть утра с
постели сгоняли?
– Понял. Пойду.
Зинаида Яковлевна просунула голову.
– Завучей пущщать?
Римма закатила глаза. На секунду.
– Ох. Пущайте.
Дэн пропустил колонну
разновозрастных дам и вышел в приёмную. Стол секретаря оккупировали самые
стойкие несколько преподавателей, остальные разбрелись по кафедрам готовиться к
парам. Дэн вышел в коридор.