Неподалёку от двери стояла студентка. Увидев Дэна,
она пошла к нему навстречу. Дэн и не подумал, что она именно к нему, но
оказалось – именно так. Сестра Яны? Подруга? – пронеслось в голове прежде, чем
девушка поравнялась с ним. Она заглянула ему в глаза искательно. Поймала
взгляд. Сказала:
– Не показывайте им видеозапись.
И, пройдя мимо, скользнула в
приёмную. Дэн был шокирован. Он остановился как вкопанный, переваривая
услышанное. Воспоминание, конечно, не к месту, но похожий случай заторможенной
реакции у него был, когда он, однажды вышел из здания вокзала, и женщина, проходя
мимо, что-то проговорила. Наверно, сама про себя, подумал тогда Дэн,
отмахиваясь от впечатления, что незнакомый человек обращался именно к нему.
Причём, не просто обращался, а именно так, странно, как будто, боясь быть
услышанной. И только спустя пару кварталов его мозг разобрал, что пробормотала
она: «девушку на час?». Похожим образом на рынке бормочут: «золото, доллары,
телефоны». И помыслить, что из-под полы, словно валютой, кто-то торговал
людьми, ну, ладно пусть услугами людей, но услугами такого рода, какой
приравнивает человека к вещи, – это просто не вмещалось в рассудке. В такие
моменты Дэн чувствовал себя за кулисами. Он, как работник сцены, выглядывал
из-за портьер, также, как зрители в зале, наслаждаясь представлением, но в то
же время мог повернуть голову и увидеть суфлёра, оркестр, механизмы, двигающие
декорации, гримёрки и декораторов, суетящихся вокруг готовящихся к выходу на
сцену актёров. То есть изнанку жизни. Но он не мог оторваться от представления.
Не знал как. Не был по-настоящему рабочим сцены, а всего лишь случайным
зевакой. Однако жил в предвкушении когда-нибудь отличить всё-таки персонажей от
артистов и увидеть не срежиссированный сценарий, а истинную действительность.
Дэн обернулся, соображая. Повязанные
в хвост волосы студентки энергично пропрыгали мимо и скрылись за захлопнувшейся
дверью. Дэн крутанулся и резво рванул дверь на себя. Студентка уже нырнула в
преподавательскую гущу и завела разговор с химичкой.