Он закрыл глаза и постарался
сосредоточиться.
Когда доктор
Вильерс решила проведать нового пациента, дверь в палату, находящуюся прямо
напротив дежурного поста, почему-то оказалась плотно прикрытой. Кэйт ощутила
укол тревоги. Пришедшая ей в голову нелепая, совершенно абсурдная мысль
подтвердилась буквально через секунду. В небольшой комнате без окон было пусто.
Исчезли не только сам загадочный пациент, но также кровать и все медицинское
оборудование. Причем пропавшая аппаратура продолжала бесперебойно передавать
данные о его состоянии на госпитальный сервер.
Глава 6
– Господи,
Кэти, что здесь случилось? – доктор Киллиан выкатил носилки из машины скорой
помощи, пристроил на них кофр с красным крестом на крышке и растерянно
огляделся. – Такое бывает только после стихийных бедствий.
Выложенная
черно-белой плиткой площадь перед ночным клубом «Chess» была заставлена машинами всех городских служб, включая коммунальные, и
полностью оцеплена полицией. Внутри полицейского кордона находилось не меньше
трех десятков человек, среди которых Кэтрин узнала мэра Донована, городского
прокурора Хаммела, комиссара Бейли, а также главного редактора местной газеты
Мишель Берринджер. За редкий цинизм и патологическую бесчувственность
журналистка получила прозвище «железная Мишель», но сегодня непробиваемая леди
сидела на земле, подложив под тощий зад собственный планшет, и выглядела явно
нездоровой.
– Дирк,
посмотри, пожалуйста, как дела у мисс Берринджер, а я пойду разузнаю, что
произошло, - Кэйт набросила на плечо ремень медицинского чемоданчика и
поднырнула под заградительную ленту.
Роскошный
интерьер элитного ночного клуба, несомненно, производил впечатление на
посетителей, но Кэтрин немного напрягало засилье черного и белого цветов с
редкими вкраплениями красного. Она прошла через пустой главный зал, погруженный
в тусклый полумрак, а потом спустилась в подвальный этаж, где располагались
помещения для особых гостей. Кэйт неплохо здесь ориентировалась, потому что
клуб «Chess», несмотря
на весь свой элитарный пафос, частенько фигурировал в криминальных сводках.
В отличие от
основного зала, все комнаты нижнего этажа были ярко освещены, в коридоре вдоль
стен стояли полицейские, откуда-то доносились истерические рыдания и
приглушенный гомон мужских голосов. Кэйт никто не остановил, поэтому она
беспрепятственно дошла до самого конца коридора, где толпились коронеры в
сине-черных комбинезонах. Господи, неужели опять пострадал кто-то из девушек?
Кэтрин перехватила чемоданчик за ручку, протиснулась мимо коронеров и
остановилась на пороге большой комнаты, напоминавшей будуар обезумевшей
шахматной королевы.
Первое, что
бросилось в глаза - красного цвета здесь явно было в избытке. Он господствовал
над традиционной черно-белой гаммой, забивая своей вызывающей яркостью мебель и
даже отделку стен. Пол и вовсе был целиком красным, а висящий в воздухе
специфический запах крови и испражнений полностью перебивал фирменный одорант,
который владелец клуба Роберт Айлер заказывал у известного парфюмерного бренда.
– Руками это
дерьмо не разгрести, тут понадобится лопата… - услышала Кэйт за спиной
сдавленный голос одного из коронеров, потом раздались звуки рвоты.
В самой
середине комнаты на крохотном островке относительно чистого пола стояли
лейтенант полиции Райли Фелан и детектив Холдер. Мужчины что-то тихо обсуждали,
и, насколько Кэйт смогла рассмотреть, с руками у Лукаса все было в порядке.
После его внезапного появления в больнице с раненым братом и их последующего
исчезновения прошло три дня. Он уверял, что через пару дней его раны заживут,
и, как бы абсурдно это ни прозвучало, оказался прав.
Вчера
кровать и все медицинское оборудование были неизвестно как возвращены обратно в
палату вместе с чеком на сумму, которая раз в десять превышала затраты на
лечение Кристиана Корвела. Вся эта чертовщина вызвала очень много вопросов и
привлекла к Кэйт избыточное внимание больничного персонала…
– Доктор
Вильерс! – лейтенант Фелан заметил застывшую в дверях Кэйт и двинулся к ней,
осторожно перешагивая через выпотрошенные тела. – Мне очень жаль, что вам
пришлось это увидеть, но я один везде не успеваю, а остальные просто сбежали.