Послушайте, мисс Вильерс, раз уж прогулка
не задалась, могу я хотя бы проводить вас до дома?
–
Предлагаете вызвать на плотину такси?
– Зачем же?
Если позволите, я сам вас отвезу, - он указал рукой куда-то в темноту, и Кэйт
обернулась.
На
противоположной стороне старой двухполосной дороги была припаркована
приземистая черная машина, строгая неприметность которой исчислялась
шестизначной цифрой в ценнике. Кэйт могла бы поклясться чем угодно, что еще
минуту назад ее там не было… Но, в конце концов, не съест же ее ночной
знакомый. Кэтрин последовала за молодым человеком и позволила усадить себя в
уютный салон, хранивший аромат того самого загадочного парфюма.
Глава 2
Люк гнал машину в сторону Вулластона,
административного округа города Кэрно, заселенного в основном местной знатью.
Сидевшая рядом с ним молодая женщина как раз и принадлежала к одной из семей,
чья родословная уходила корнями в далекое прошлое. Как-то в одном из глянцевых
журналов Люку попался на глаза перечень самых влиятельных граждан Кэрно, и
теперь эта своеобразная табель о рангах услужливо всплыла в его памяти. Отец
Кэтрин Вильерс владел сетью отелей под брендом «Марикур» и считался одним из
столпов местного общества.
Дочь отельера Вильерса оказалась светлой блондинкой с
глазами цвета тропического моря, высокими скулами и нежным капризным ртом. Тот,
кто умел смотреть, уловил бы в ее взгляде каждое намерение, каждый всплеск
эмоций. Она была открыта миру и в
определенной степени беззащитна перед ним, потому что еще не разучилась
сопереживать. За всю поездку Кэтрин не проронила ни слова, но ее молчание не
было высокомерным или презрительным, скорее растерянным, и Люк, как ни странно,
находился в схожем состоянии.
Бросившись на помощь незнакомой женщине, он думал
только о том, чтобы ее спасти, но неожиданно столкнулся с совершенно другой
проблемой. При первом же взгляде на него Кэтрин Вильерс испытала физическое
влечение. Отголоски спонтанного, неконтролируемого выброса чужих эмоций ударили
по Люку так, что моментально сбили его с рабочего настроя и даже частично
обезоружили.
Как вскоре выяснилось, Кэтрин жила вовсе не в
фамильном особняке Вильерсов, а в двухэтажном доме на тихой улочке старого
района, где у нее была квартира с отдельным входом. Люк поднялся по лестнице
вслед за хозяйкой и, не дожидаясь приглашения, сразу прошел в уютную гостиную.
Для дочери Альберта Вильерса жилье оказалось более чем скромным. Видимо, она
купила его вместе с мебелью и ничего не стала менять, оставив прежний, немного
старомодный интерьер.
– Знаю, что
время позднее, но вы оказали мне неоценимую услугу, поэтому я просто обязана
предложить вам хотя бы чашку кофе, - Кэтрин вопросительно посмотрела на Люка.
– Я не пью
кофе, - он прошелся по комнате, рассматривая небольшие живописные полотна,
которые оказались подлинниками известных мастеров. – Мой отец пристрастился к
этому напитку, а я так и не смог. У молотых кофейных зерен излишне выраженный
аромат, который перебивает все остальные запахи.
Кэтрин
впервые столкнулась с таким аналитическим подходом к обычной чашке кофе, однако
ее новый знакомый и не думал жеманничать, он просто выражал свое отношение к
предмету.
– Прекрасно
вас понимаю, мистер Холдер. Тогда, может быть, чаю?
– С
удовольствием.
Люк
устроился на высоком табурете у длинной стойки и принялся наблюдать, как Кэтрин
Вильерс заваривает чай. Он не любил ходить в гости, никогда не провожал до дома
знакомых женщин и тем более не приглашал их к себе. Тогда почему он сидит ночью
на чужой кухне и не сводит глаз с новой знакомой? По какой-то странной
необъяснимой причине испытанное ею физическое влечение взволновало Люка так
сильно, что вызвало ответную волну.
Кэтрин
Вильерс, которая сегодня рисковала жизнью, чтобы спасти обручальное кольцо
одного мужчины, увидела другого и внезапно возжелала его, но в этом желании не
было ни пошлости, ни банальной похоти, ни какого-либо расчета.