Целью моей поездки был книжный магазин,
который я не мог разыскать сразу, потому что высадился не в том месте. Я
завернул за угол и столкнулся нос к носу с тем самым юродивым. Он остановился и
посмотрел сквозь меня. Мне стало не по себе. Я хотел его обойти, но не мог сдвинуться
с места. Юродивый тихо говорил,
вперившись в меня лихорадочным, пылающим взором: "Сокол в яме. Но он свободный. Я напоминаю об этом каждый день. Люди
глухи, они не слышат. Они не знают, что им надо. У свободы нет могилы.
Свободные освободятся и захлебнутся. Потому что много воды и глубоко... ". Он
помолчал, оглядел меня и добавил:
"Служивый, ты найдешь то, чего не искал... ". Юродивый отвел глаза, облегченно вздохнул и
пошел прочь, громко выкрикивая: "Спешите
на Свободный сокол! Спешите на
Свободный сокол!".
Я не хотел вдумываться в смысл того,
что услышал. Однако меня насторожила последняя фраза вещателя, адресованная
лично мне. Я мысленно успокаивал себя, что юродивый не предвещал, вроде бы,
ничего плохого в моей последующей жизни. Жить, зная, что тебя ожидает в
будущем, - это приговор.
Скоро я вышел на книжный магазин. В то
время в Липецких книжных было много антикварной литературы. На свои свободные
солдатские деньги я приобрел отложенные мною в прошлое посещение рассказы Л. Андреева. При выходе из
магазина я заметил напротив музыкальный отдел и решил заглянуть туда. Мое
внимание привлекла 14-я симфония Д. Шостаковича. На обратной стороне картонного
конверта пластинки были напечатаны стихи. В соответствии с моими дилетантскими
взглядами в симфонию не должно было включаться пропевание стихов. В моем
понимании симфония представляла собой "чистую" оркестровую музыку.
Стало любопытно.