- Там её
дневник, я не могу его читать, - ответил Макс.
Надо что-то
сказать Максу, как-то поддержать. Он и так взял в жёны свободолюбивую девушку,
терпел много лет её измены, пропадания из дома.
- Надо
взять себя в руки. Макс, ты слышишь? Маша, оказывается, была очень сильным
человеком, как она могла, испытывая ужасные боли, вовсю веселиться? –спросил
Глеб.
- Она
плакала по ночам, а в последнее время сильно похудела, почти ничего не ела.
Почему я ничего не знал? Почему?
- А днём,
наверное, находила в себе силы не показывать и виду, как ей больно, - предположил
Глеб.
Макс
кивнул. У него опять начался приступ истерики. Глеб и Влад сидели оглушённые,
ведь помимо горечи утраты примешивалось огромное чувство вины. Глеб на
протяжении всех лет был её любовником, а Влад вообще увёл Машу и жил с ней, и
как знать, если бы неслабое сердце, может, и до сих пор бы она была с ним. Но они
играли с ней, то, передавая, как эстафетную палочку, а то и развлекаясь втроём,
плюнув на чувства Макса. А он, оказывается, очень одинок, кинулся сейчас к ним,
хотя должен их презирать, потому что больше не к кому обратиться. Опять думая
только о себе и своих удовольствиях, он нанёс травму невинному человеку, тому,
кого считал своим другом со студенческой скамьи. А Макс, кроме Маши, не видел
никого, не мог на неё надышаться, всё ей прощал. Конечно, она изменяла ему не
только с ними, были и другие мужчины и даже Диана (какой бред!), но их самих
это не оправдывает. Глеб вспомнил, что уже на первой их вечеринке в честь его
возвращения с того света, он забрал Машу к себе, бросив пьяного Макса. Подонок.
Но Маша, почему она не захотела лечиться? Ему
вспомнились её пьяные слёзы, она жаловалась на то, что не видит смысла в своей
жизни. Получается, она намеренно не стала лечиться? А ещё и курила, чтобы
усугубить. Надо прочитать её дневник, может, он приоткроет завесу тайны? Огонёк,
что ты наделала?
Макс припал к плечу Глеба и продолжал
надрываться рёвом.
- Влад,
надо нам с тобой заняться похоронами. Макс не в состоянии. У неё были хоть
какие-нибудь родственники? Надо кому-то сообщить?
- Нет, она
детдомовская. Сбежала оттуда в одиннадцать лет и жила в подвале, их там было
много таких. Глеб, скажи, ты же знаешь, как это пережить?
- Не знаю,
если бы знал, сказал и сам не мучился.
- Макс, ты
прости нас, - прошептал Влад.
- Я
простил. Маша мне сказала, что сама вас спровоцировала. Да, и не вы одни у неё
были, она с одиннадцати лет занималась проституцией.