Только его лучи просеивались сквозь листву, создавая полумрак и таинственность.
Они шли не спеша, увлекаемые его загадочным миром. Лес вел их все дальше и
дальше туда, где тишина, покой и вечный мир.
На природе Мэгги и Энн всегда было легко, радостно. Они любили ее,
понимали и не могли жить без хотя бы кусочка живого, потому так любили парк. Город
их сковывал, заставлял напрягать душевные силы, здесь они были свободны и
абсолютно счастливы.
Майкл не любил Лондон, его родным домом всегда
была деревня. С детства он привык видеть за окном луга и леса, валяться на
траве, вдыхать ее запах, смотреть на закат и этот живой воздух… Для него было
мучительно трудно уезжать. Когда Майкл окончил университет, то встал перед
выбором между домом и городом. Он прекрасно понимал, чтобы заниматься любимым
делом, нужно уехать, к тому же Том жил в Лондоне. Возможно, покажется странным
для многих, почему вообще перед ним стоял выбор, тут и думать нечего, лететь в город
навстречу жизни, когда вдобавок молод и богат. Но Майклу было больно делать
этот выбор, и он сам еще не знал окончательный ли он. Он чувствовал, что ему не
будет достаточно выезжать на природу в свободное время, душевное равновесие
пошатнется без чистой искренности природы. Переехав в город, он начал этот путь
и ждал дальнейших подсказок судьбы. И она подсказала, смыв границы сущности,
которой не важно, где быть, лишь бы быть с любимыми.
Что же до Тома, то он как светский лев и человек, всю жизнь проживший в
городе не представлял себя без света, цивилизации, шума, суеты, балов, приемов
и цветника красавиц. Да, ему нравились прогулки верхом, пикники на природе, но
не более. Сельская жизнь наводила на него скуку. Неудержимая, стремящаяся
вперед молодость, бурлящая кровь в жилах не давали ему сидеть на месте. И если
бы не любимые сестрички и лучший друг, он не выдержал бы здесь и двух дней.
Когда они вышли на небольшую лесную полянку, Майкл нарушил сказочную
тишину.
— Вы заметили какой чудесный характер
у моего отца?
— Как это можно было не заметить?
— А его проницательность? Или мы
никудышные актеры.
— Что?! — испуганно воскликнули все.
— Он понял все, все до последней
строки и нам ни к чему больше лгать. Не пугайтесь. Вы видите, я жив, он не убил
меня. Он всех нас любит и не побоюсь этого слова одобряет.
— Как он может одобрять?
Майкл достал коробочку с кольцом и
открыл ее. Луч солнца заиграл на камне, отбрасывая блики на лицо Мэгги.
— Это обручальное кольцо моей матери,
и отец почтит за честь видеть его на твоей руке, любимая.