Как можно узнать, её ли я дочь?
– ДНК, – обронил
Эрик.
– Она же умерла.
– Но не
кремирована, поэтому всё возможно.
– А зачем искать
Руслану? Чем меньше наследников, тем больше денег, – хихикнула девушка. – На
фига нам сестра? Я получу акции, мы поженимся, и клиника будет наша. Можно жить
и ничего не делать!
– Так не бывает,
чтобы ничего не делать, – раздражённо буркнул Эрик.
Раздался звонок
в домофон, Эрик пошёл к входной двери.
– Кто там?
– Следственное управление,
полковник Лаврухин, мы с вами договаривались о встрече.
– Да, заходите,
восьмой этаж, – Эрик нажал на кнопку, открывающую дверь.
Александр
Анатольевич, зайдя в лифт, переложил телефон в карман пиджака и включил его на
запись. Выходя из лифта, он увидел молодого мужчину, стоявшего в дверях
открытой квартиры. Высокий блондин был помят и то ли уже выпил, то ли вчерашнее
ещё не прошло.
– Добрый вечер,
я полковник полиции, следственное управление.
– Проходите.
Александр
Анатольевич продиктовал права и обязанности, предложил встретиться в
официальной обстановке с переводчиком и послом. Эрик махнул рукой.
– Поговорим так.
Я хорошо говорю на русском. Мачеха русская, проблем нет.
Полковник прошёл
в квартиру. Его усадили на стул возле стола, предложили аперитив, он отказался.
Хозяин и девушка сидели на диване. На столе начатая бутылка мартини «Бьянко» и
коробка апельсинового сока, наполовину пустые стаканы.
«Алкоголь, это
хорошо, и языки будут развязаны и можно получить больше информации», – подумал
Лаврухин.
– А кем вы
приходитесь Эрику Штейну? – спросил он девушку.
– Я его невеста.
Эрик бросил
взгляд на девушку и Лаврухину показалось, что он недоволен таким определением.
– Можете
представиться? Где проживаете? Чем занимаетесь?
– А почему вы
меня допрашиваете, вы же к Эрику пришли.
– Я опрашиваю
всех, кто причастен к нашему делу.
– Я не
причастна.