– Зачем вы поехали с Ольгой в Мюнхен?
Женщина замялась, поджала губы.
– Я тогда увидела её всю в гипсе и бинтах, пожалела и с ней в Мюнхен
поехала.
– Зачем?
– Подругу поддержать. От неё все отказались, – опять усмехнулась Наташка.
– Или добить? Вы же стреляли в неё, но попали в мужа Ольги.
Наталья пошла пятнами, пальцы задрожали, она судорожно схватила полотенце,
стала мять его в руках.
– Соколов просил вас убить Ольгу. Обещал заплатить. Что ж вы её там не
убили?
– Я не стреляла в неё! А поехала по контракту. Хорошее предложение было. А
Лис по пьяни много чего говорил. Она его сына убила.
– Да вы что? А в деле написано, что парни стреляли друг в друга.
Наталья забегала глазами по кухне, мяла полотенце, щеки покрылись красными
пятнами.
«М-да, не умеет держаться. Нервничает» – подумал полковник.
– А мне вот кажется, что та история со стрельбой не так проста была. Не
парни там стрелялись, а в них стреляли.
– Но суд…
– А там не вас защищали, – перебил Александр Анатольевич.
– А кого? – искренне удивилась Наталья.
– Вы там маленькая сошка. Вам просто повезло.
– Я просто привезла Юру! Он начал стрелять! Я не помню ничего! Испугалась и
уехала!
– Сбежали с места преступления?
– Да! Сбежала!
– И пистолет прихватили? Откуда у Юры был пистолет?
– Я не знаю ничего! Нет у меня никакого пистолета! – в голосе послышались
истерические нотки.
– Почему вернулись из Мюнхена? – перевёл разговор Лаврухин.
Наталья облегчённо вздохнула и спокойно ответила:
– Она не вспомнила меня. А у меня контракт закончился.
– А вы в Мюнхене в какой клинике работали?
– В той, где Ольга лежала.
– А как вы туда попали? У областной больницы разве есть бизнес-партнёрство
с мюнхенской клиникой?
– Я тогда работала в клинике, которая является бизнес-партнёром мюнхенской.
«Ложь, – констатировал Лаврухин. – Работала ты в областной больнице».