Вот, чёрт!» – думал следователь.
Зазвонил телефон, полковник схватил трубку.
– Зайди, – сухо сказала в трубке судмедэксперт Анна Семёновна.
Лаврухин выскочил, закрыл кабинет и бегом помчался в бюро экспертизы.
Запыхавшись он ввалился в кабинет.
– Всё сам бегаешь, как молодой, – улыбнулась женщина.
– Душа моя, не томи. Не до церемоний.
– Тебе с какого убийства начинать?
– С Малиновской, – устало опустился на стул полковник.
– Документ будет готов завтра с утра. Слушай. Анализ ДНК показал: Арина
Малиновская приходится дочерью Ольги Штейн. В шприце, изъятом из прихожей, феназепам,
снотворное. Из этого шприца был поставлен укол Эрику. Во втором, из-под
кровати, был метадон. Синтетический препарат, за рубежом применяется как
анальгетик и при лечении наркозависимости. У нас запрещён к продажам.
Употребляется как наркотик. Ёмкость шприца три миллилитра, это три миллиграмма
метадона, летальная доза. Этим шприцом был введён наркотик Арине. Отпечатков на
шприцах нет. Отпечатки в квартире Арины, Эрика, Ольги, его отца. Травка в
кармане куртки – спайс, курительная лёгкая наркотическая смесь. А вот капсула с
рассыпанным порошком в сумке Эрика – лекарство Фезам, которое принимала Ольга.
Изъятая из её вещей коробка с лекарством идентична лекарству в этой капсуле.
Обрадовала?
– Да уж, прыгаю от счастья.
– Так всё сходится. Убийца пасынок. Всё из-за денег. Он и мачеху, наверное,
отравил.