–
Ты помнишь, я была против, – еле слышно произнесла Ниночка.
Её
дед умеет матюгаться? Арина ничего не понимала, она переводила взгляд с деда на
его сестру и боялась проронить слово, тем самым вызвать их гнев на себя.
«Что
за день такой? Что происходит?» – Арина смотрела то на деда, то на Ниночку. Они
оба были не в себе.
–
Я помню! – рявкнул дед. – Я ещё не выжил из ума! Меня рано на Фудзияму! Она
была здесь! Это ты?!
–
Бог с тобой, Антоша! О чём ты говоришь! – взвизгнула Нина Тимофеевна.
Арина
сжалась от страха, такими своего деда и Ниночку она не видела никогда. Щёки его
покраснели, глаза слезились и сверкали недобрым светом, очки запотели. Ниночка
сидела, сжавшись в комок, горестно подперев руками голову, слёзы медленно текли
по щекам.
–
Нина, – тихо позвала девушка.
Нина
Тимофеевна всхлипнула, вытирая салфеткой лицо, Антон Тимофеевич убежал в
кабинет и метался там из угла в угол. Было слышно, как он меряет кабинет
шагами. Арина постаралась незаметно выйти из-за стола и прошмыгнула к себе.
«Господи,
что произошло-то? Что я такого сказала?» – думала девушка.
... ... ...
Эрик
метался по квартире в поисках телефона. Он лежал на диване, рядом со стаканом
виски. Парень схватил трубку и набрал номер. На том конце долго не отвечали,
наконец, он услышал:
–
Хэлло.
–
Уве! Уве! Она умерла! По новостям показали! Она сегодня умерла, она не
вернулась, но я не знал… я не думал... а сегодня… Что мне делать?
–
Налить, выпить и успокоиться, – спокойно отозвался юрист семьи Штейн. – Делай,
что говорю, я подожду.
Эрик
включил громкую связь, чтобы ничего не пропустить, трясущими руками налил виски
и залпом выпил. Поморщился, выдохнул.
–
Выпил? – донеслось из телефона.
–
Да.
–
А теперь по порядку: кто, когда.
–
Ольга! Она взяла у меня машину и поехала по своим делам. Мне она ничего не
говорила, а я не спрашивал. Да и зачем мне это? Сейчас по вечерним новостям
показали её фото и попросили позвонить тех, кто её знает. А отец не мог ей
дозвониться. У неё телефон отключён.