Ведущая перешла к следующим новостям.
— Евгений Петрович, включи-ка зарубежные новости, — сказал президент, и тот тут же включил EuroNews. Там уже трезвонили вовсю: «Террористами был захвачен русский пассажирский самолёт, выполняющий рейс Нью-Йорк — Санкт-Петербург. По данному инциденту российские власти пока никаких комментариев и пояснений не дают. Нам известно только то, что на борту этого рейса находятся сто шестьдесят пассажиров и шесть членов экипажа. Как только появится новая информация, мы сразу вас проинформируем, следите за новостями».
— Да! — тревожно вдохнул и выдохнул президент.
— Со всех сторон давят. Сейчас такую картину нарисуют, отмываться замучаемся, будь они неладны.
Значит так! — обратился президент к секретарю.
— Немедленно сюда министра финансов, моего пресс-секретаря, министра иностранных дел, министра юстиции, срочно!
— Хорошо, — ответила секретарь и побежала в приёмную президента.
— Анатолий Валерьевич, не переживай, всё будет хорошо, ну что, ей богу, у нас подобных ситуаций не было? — тихо говорил Мартынов. — Всё обойдётся, пошумят-пошумят и перестанут.
— Как ты понять не можешь, я переживаю не за политическую карьеру, а за людей, которые на борту этого самолёта, — ответил президент.
— Давай-ка коньячку выпьем, — предложил Мартынов.
— Можно, — ответил президент.
— Не можно, а нужно, — поправил его Мартынов.
Спустя минут сорок раздался стук в дверь.
— Товарищ президент, все прибыли, — сказала секретарь приёмной.
— Хорошо, пускай входят, — ответил президент и отправился на своё рабочие место.
— Здравствуйте! — поздоровался президент.
В ответ все поздоровались.
— Садитесь, пожалуйста.
Все уселись и молча смотрели на него.
— Значит так, объяснять вам всё я не буду, надеюсь, вы знаете всё без меня сами. Ситуация серьёзная и критическая, самое главное, на первом этапе освобождения заложников прошу обратить на это особое внимание. Сидеть и ждать чуда мы не будем, как вы понимаете, их главаря никто им не выдаст. Наша страна не торгуется и не ведёт каких-либо переговоров с террористической организацией ваххабитского направления ислама «Аль-Каида», в любом случае борт восемьсот тридцать четвёртый не должен взлететь, чего бы нам это не стоило. Константин Михайлович, — обратился президент к министру финансов, — вы передали деньги за выкуп заложников?
— Да, конечно, деньги были доставлены директору ФСБ Пороховому, — отвечал министр финансов.
— Хорошо, — ответил президент.