Мне
всегда казалось, что я уверен в своих поступках и никогда не смогу причинить
себе вреда. Никогда не буду ни о чём
жалеть. Но недавно, в Купальскую ночь, идя по набережной Канала, я вдруг остро
осознал, что живу зря, что жизнь моя пуста и нет ничего на земле, что стоило бы
моего существования на земле и у меня один исход – прямо сейчас броситься с
парапета в Канаву. Я даже не успел заметить, как оказался на парапете
набережной. Думать было некогда, да и не хотелось. Я стоял, любовался на
спокойную водную гладь и думал, что скоро стану её частью. Что буду лежать на
дне, где никто не увидит меня. Это было так странно и так несвойственно мне – я
сейчас это понимаю. Это были не мои мысли. Но тогда сомнений у меня не
возникало. Моя воля была полностью парализована. Мне оставалось сделать только
один шаг…»
Так. А товарищами по Университету Холодов
характеризуется как всеобщий любимец и душа компании. Человек весёлый и
жизнерадостный. Дальше. 1903 год. Ещё одна вспышка самоубийств. 1893… Да. Всё
верно. Всплеск убийств и самоубийств приходится именно на третий год каждого
десятилетия. Если год заканчивается на 3 – жди неприятностей. Вот и не верь
после этого в чертовщину! Эх, товарищ Водолажский! А ещё большевик! Маузер
наградной имеешь от самого Блюхера! Но ведь против фактов не попрёшь! Чёрт-те
что… И почему именно 3? Как говорит товарищ Арефьев – тайна сия велика есть.
Глава 3. «В Германии, в Германии, в далёкой
стороне…»
Деньги обращались в ничто раньше, чем их
успевали печатать. Зарплату рабочим и служащим выдавали дважды в день, и они в
обеденный перерыв стремились её потратить до того, как полученные купюры станут
бесполезной бумагой. Пачки рейхсмарок, ничем не обеспеченные, стоившие дешевле,
чем затраты на их печать, служили игрушками детям. А на границах с вновь
возникшими из ниоткуда государствами – Польшей и Чехословакией, чуть ли не каждый
день вспыхивали перестрелки. Существующую границу не желал признавать никто –
ни вчерашние провинции развалившихся империй, ставшие самостоятельными
государствами, ни обглоданная со всех сторон, истерзанная и опутанная
репарациями побеждённая в Первой мировой Германия. Горе побеждённым!
Ольга открыла последнюю банку сардин.
Хлеб закончился ещё вчера, и больше съестных припасов в доме не было.