Помятые рубашки, юбки,
Торчком надетый капюшон -
Не потому, что так по-моде,
Но по свалившейся погоде,
Неглаженым его рука
Из недр достала сундука.
В троллейбусах всё та же давка,
Но веселее, и метро
Не с той досадой рвёт нутро,
Вот только масло вновь с прилавков
Исчезло, омрачая сны
Пахнувшей свежестью весны.
III
Того ужасного мороза
Уж не осталось и следа.
На рынках ёжится мимоза,
У магазина, как всегда,
Толпится пьяная орава.
Сегодня дело её право,
Ведь завтра - тенью на плетень -
Международный Женский День
(Изобретенье Клары Цеткин).
Люблю я праздники, друзья!
В те годы пил немало я,
За сим занятием нередким
С приятелями вечера,
Порой, кротая до утра. IV
И даже годы эмигрантства
Не истребили ту любовь.
Ей подчиняются пространства,
Она всегда волнует кровь.
Не победит её ни труд, ни
Свалившиеся с неба будни,
Ни неги полная кровать,
Ни жёсткий тезис "выживать".
И я семидесятилетье
Советской власти отмечал.
И на-троих пузырь почал
В нью-йоркском университете,
На лестницах. Наш тост был крут:
Она, де, там; а мы, де, тут.
V
Но ныне шаткое здоровье
Уж не даёт мне столько пить.
А может быть, нерусский кровью,
Исчерпал я былую прыть,
Годов достигнув совершенства?
Мне тишина теперь - блаженство.
И, вспоминая праздник тот,
Мой не забулькает живот.
Но ёкнет в сердце грусть шальная,
Но взмоет ввысь из фибр душа,
Едва завижу алкаша:
И, мысленно с ним распивая,
"Твоё здоровье!" - говорю
И жизнь за то благодарю.
VI
Пускай его пропита мебель,
А мозг разжижен, точно ил -
Он мыслит о perpetum mobile ... ,
Чтоб вечный дух его поил.
О, как сильна в нас жизни жажда,
Ведь смерть гоняется за каждым,
Но прежде чем наступит срок,
Мы успеваем дать росток...
И вновь костлявая старуха
За жертвой носится другой,
Уж замахнулась кочергой,
А та - опять росток. Как плюха!
Довольно с нас латинских слов.
Наш двигатель уже готов.
... - Вечный двигатель (лат. )
VII
А для приверженцев наукиВаш раб и автор грешных строк с
Печалью, полнящею звуки,
Свой предлагает парадокс
Из области теорьи множеств.
Могучий Кантор, за ничтожность,
И Рассел, мудростью храним,
Считаться бы не стали с ним,
Поскольку точки нет опорной
У множества, у моего.
В нём элемент один всего,
Но: что такому лемма Цорна!
Мой элемент, чтоб к точке свесть,
Само же множество и есть.
VIII
Все возраженья принимая,
Оставим с тем научный круг,
А вспомним лучше праздник Мая -
Опору солидарных рук
Бездельников со всей планеты.
Ведь ничего дурного нету,
В том, чтобы праздник отмечать.
Отметим же! С чего начать,
Мы долго обсуждать не станем
И, соблюдя строфу и ритм,
Дадим, в протуберанцах рифм,
Сон передпраздничный Татьянин,
Пока далёкий его глас
В моих подкорках не угас.
IX
Вот снится ей посёлок тёмный,
А на окраине ветла
Верхушкою склонилась томной.
Из почки взбухшейся смола
Катится струйкою тягучей
Вдоль ветки шёлковой... Вдруг тучи!
Ударил гром! Ударил град!
И дрогнул, пламенем объят,
Огрызок ветки серебристой -
И надломилася она,
Прервав загадочного сна
Узор цветистый, многолистый:
Над Таней взвился он, жесток,
И с боку повернул на бок.
X
Но что же видит наша жертва
На том, другом уснув боку?
Стоит среди оврагов церква,
Сидит ворона на суку
Прильнувшей к зданию осины,
Дурман и запах керосина.