Сначала зайдёшь ты, тебя ещё пока не знают, следом я.
- Твою
мать, знал бы, не ввязывался, - сказал Глеб и натянул кепку.
Половинка
Елены лежала на кровати, подключённая к аппаратам. Восковое лицо, волосы
сбриты. Глеба слегка затошнило от увиденного зрелища.
- Скоро её
выведут из комы, - сказал адвокат.
И надо
будет ей что-то говорить…
- Пойдём
теперь к Джону.
- Это кто? Её
супруг?
Джон.
Смешно… Иван, что ли?
- Привет,
Иван, - сказал Глеб по-русски, открыв дверь с ноги.
- Джон. А
ты кто? Хотя постой, дай угадаю. Ты её сын, уж больно похож на неё. Я так и
думал, что ты скоро здесь появишься. Вот и познакомились.
Иван
говорил с Глебом по-английски, Глеб с ним по-русски, но оба прекрасно понимали
друг друга.
- Не самое
приятное знакомство.
- С чем
пожаловал, сыночек? Видишь, что твоя
мамочка со мной сделала? Лишила меня моего лица и машину мою разбила.
Не
дожидаясь приглашения, Глеб развалился на кресле. Голова Джона была
забинтована, на красивом лице пластыри.
- Прежде
всего она твоя супруга. А ты не видел, что баба пьяная за руль садится? Ехал бы
на такси и не лежал бы здесь сейчас.
- Я так не
оставлю этого, она мне за всё заплатит. Тут тебе не Россия, тут за всё надо
платить.
- Удачи,
Иван.
- Джон,
меня зовут, Джон, - закричал он, и Глеб с улыбкой захлопнул дверь.
В принципе,
ничего нового. Молодой, смазливый мужчина с грудой мышц. Других Елена не
любила. Что ж, этот разведётся с ней тут же, в день своей выписки, инвалид без
двух ног такому не нужен, а перед этим оттяпает себе большой денежный кусок.
Из больницы Глеб и адвокат поехали к
финансовому поверенному Елены.