Если
ей хотелось тихого семейного счастья, то надо было выбирать Диму. Но она
предпочла жить на вулкане.
- Янка, что
я творю? - позвонил Глеб вечером своей вечной подруге.
- Уверена,
чтобы ты не натворил, ты всё равно считаешь правильным, и иначе бы не поступил.
А когда
Глеб выложил ей свои последние новости, она лишь сказала:
- Я тебе
сразу говорила, чтобы ты женился на Диане. Кто бы ещё это стерпел? Я бы на её месте,
давно тебя придушила.
Едва самолёт оторвался от земли, Глеб
почувствовал себя гораздо лучше. Подальше от этих умоляющих глаз, требующих
внимания. Не может он ей дать этого в такой период, он сам пустой.
Маргарита не стояла в здании аэропорта, встречая
рейсы. Ей не хотелось приветствия в сутолоке аэровокзала. Она ждала Глеба в
своей машине на парковке. Глеб без труда отыскал её маленькое «пежо». Закинув
сумку в багажник, он сел на переднее сидение.
- Ну,
привет, лисичка.
Стильно
заплетённые волосы, тёмный жакет, брючки, шарфик, и не тени улыбки на лице,
прямо студентка на экзамене. Наконец, Маргарита посмотрела на него.
- Добро
пожаловать в столицу Франции, - сказала она.
- Что за
официоз? Может, ты мне ещё сейчас начнёшь рассказывать историю Парижа? В чём
дело, лисичка? Ты просила, чтобы я приехал, и вот я здесь.
Глеб
поцеловал её в щёчку. И на ней заиграла ямочка.
- Так-то
лучше. Ну, давай, вези меня.
Маргарита
молча вела машину, она думала, что завизжит от радости, увидев его. Но горло
лишь болезненно сжималось, и душили слёзы. Вот он здесь, с ней, такой же
красивый, модно одетый, но на безымянном пальце у него кольцо. А её с детства
учили не брать чужое и внушали, что чужие мужья – табу. Когда она искала его в
Петербурге, об этом не думала, а сейчас, вдруг поняла, что он принадлежит
другой, и они ждут ребёнка. Имеет ли она право вмешиваться?
Глеб тоже молчал, он курил и смотрел в окно…
Париж… Он был здесь когда-то с Эллой, и после этого поклялся не возвращаться
сюда, чтобы ни одно воспоминание не тревожило его. Но вот он здесь, и рядом с
ним Маргарита, такая знакомая и такая отстранённая.