Там
он сделал ей предложение стать его навсегда. И она согласилась, летом – свадьба.
Он хотел зарегистрировать брак и забрать её к себе прямо по возвращении, но
малышка так хотела свадьбу летом…
Глава 13. Пропасть
Глеб вздрогнул. Память играла с ним злые шутки. Он практически не
помнил, что происходило в то время, когда он и Элла были безумно счастливы. Но
он вплоть до мелочей вспомнил ТЕ дни… самые страшные, самые чёрные дни в его
жизни.
Как будто он парил на небесах, и вдруг кто-то вцепился ему в крылья, и
он рухнул на холодные каменные скалы. Неужели он залетел так высоко, что так
жестоко сорвался вниз? Прямо в пропасть, обратно туда, откуда он выполз с
надеждой на новую жизнь…
Тем
февральским вечером, Глеб и Элла сидели в кофейне. Было самое начало месяца, а
оттепель была как весной. В этот день была ужасная слякоть, с неба сыпал мелкий снег с
дождём, ветер дул в лицо, куда бы ты ни шёл, и люди, сгорбившись, бежали
наперегонки домой. Отвратительная мокрая, сырая зима с тяжёлым, влажным
воздухом, который возможен только в сером гранитном Петербурге.
У Глеба
страшно разболелась голова, виски пульсировали, на мозг давила ненавязчивая
музыка и раздражал даже запах любимого кофе. Ещё и Элла была взвинчена, два
последних дня она провела у него, сильно повздорив с матерью. Она объявила той,
что выходит за Глеба замуж, и мать вспылила. Сначала кричала, угрожала, потом
молила и плакала не делать этого, иначе она наложит на себя руки. Элла убежала
из дома, но она любила маму и переживала за неё, кроме, единственной дочери у
той никого не было. И вот всё обдумав, купив маме цветы и торт, она решила
сегодня приехать домой и поговорить с ней, как взрослая женщина. Объяснить той
свои чувства, рассказать, как счастлива со своим мужчиной, и предложить всем им
жить в мире.
- А если не получится? – спросил Глеб.
Элла вздохнула.
- Что ж, тогда я соберу вещи и приду к тебе навсегда.
Без тебя я жить не могу, и возможно, мама, увидев, как мы счастливы, простит.
Глеб довёз её
дома, он всегда останавливал машину с той стороны, куда не выходят окна
квартиры Эллы, ладно, сегодня всё прояснится в ту или другую сторону, так что
этот тайный подвоз - последний.
- Да что же это такое? – сжав виски, произнёс Глеб,
боль в висках всё нарастала. – Я понимаю, когда голова болит с похмелья, тогда
я согласен, но ведь я не пил ничего.
Правда, эта боль совсем не походила на боль после
выпитого. Голову будто стиснул обруч, да и сердце почему-то билось чаще, чем
нужно.
- В аптечке таблетки лежат от спазма и боли, как
придёшь, сразу прими две.
- Малышка, может, к чёрту всё? Завтра поговоришь с
мамой, поехали ко мне?
- Нет, я уже настроилась, прокрутила разговор, да и
торт с цветами ждать не будет.