Я научилась отлично готовить, наконец закончила курсы кройки и шитья (так как
жена должна уметь и иголку в руках держать, не только поварешку) накладывать
потрясный макияж, вкалывала на тренажерах, совершенствуя фигуру, ходила по
салонам красоты и вообще делала все, чтобы быть достойной…
Шла
по проторенному тысячами женщин пути среднестатистической жены. Брак — это, прежде всего тяжелый труд, трудиться из нас
никто не желал и закономерно через семь лет я обнаружила, что не одна у мужа. Наверное,
это было логичным выводом из той рутины и однообразия, которые поглотили нашу
семью, но, если честно, была рада, что появился повод разбежаться.
Детей
у нас не было — как-то не сложилось, уважения и понимания тоже, я думала и не
могла вспомнить, когда мы последний раз были вместе, просто разговаривали,
целовались, гуляли. Помада на рубашках, вечерние совещания, поздние смс — все
слилось в единый клубок ошибок и вранья. В общем и целом, девушка я решительная
и ровно на свое тридцатилетие, через месяц после окончательного разговора с
Сашей по душам, оказалась свободна от брачных уз. И тут началось самое
интересное. Вдруг только после развода я начала понимать, что жизнь в
одиночестве бессмысленна и пуста, цели в ней я не вижу и что делать — не
представляю. Отыгрывать назад было поздно, да и как-то не эстетично. Родителей
напрягать со своей депрессией в 30 лет бессовестно, особенно помня, что я им
устраивала в переходном возрасте. Осталась я один на один со своими проблемами,
и разбираться пришлось с ними самой.
Вспоминая,
я удивлялась, что большинство событий мне сейчас представляются как-то размыто
и поверхностно. Эмоции не терзали душу, даже воспоминания о родителях были хоть
и с примесью тоски, но не болезненной и непереносимой. Все-таки нахождение в
том распределительном центре забрало у меня часть воспоминаний вместе с
чувствительностью и эмоциональной окраской.
А
ведь они правы: я нейтральная, я ни разу в жизни не сделала действительно
хорошего бескорыстного поступка. Нет, я никого не убила, не воровала, не лгала
(ну если так, по мелочи), не предавала, не изменяла мужу, я плыла по течению
всю жизнь; ни злых, ни добрых поступков в моем активе нет. Когда Светка
попросила пару дней посидеть с ее больной матерью, у нее был завал на работе —
я отказалась (не люблю болезни и больных людей), с сестрой я сидела только по
слезной просьбе родителей, а не по велению сердца. На работе сторонилась
близких отношений, не нужны мне душещипательные дружеские посиделки и копания в
эмоциях — я была сама по себе. Просьбы подруг игнорировала, ссылаясь на
занятость на работе, после первой же серьезной проблемы в семейной жизни —
сбежала от трудностей, самым простым выходом казался развод.
Кстати,
после него и начался самый тяжелый период в жизни — денег не хватало, работать
я за время супружества отвыкла, а вот тратить - наоборот. Пришлось снимать
квартиру (не поеду же я к родителям под крыло — не солидно, и гордость не
позволяла в тридцать-то лет), на еду денег уже не оставалось, про элитную
косметику и фитнесс клубы пришлось забыть. Зато после этого годичного периода
«бедности» я научилась бережному отношению к заработанному. И потом, уже когда
денег стало больше, я как хомячок прятала по углам заначки и копила в банке на
черные дни.
Сейчас
я понимаю, что эти трудности заставляли меняться, подстраиваться под
обстоятельства, закаляли характер, по капле выплавляли из меня эгоизм и
себялюбие. Подруги помогали, как могли — водили на эзотерические лекции,
подсовывали психологическую литературу, пытались знакомить с одинокими
мужчинами… На мужчин смотреть не могла, зато остальное, думаю, сделало свое
дело. Работу я нашла отличную. Такого трудоголика, как я после развода, надо
было еще поискать.
По
12 часов в сутки каждый день, чтобы не возвращаться домой в съемную квартиру —
легко! Выйти поработать на выходные — с радостью! На праздники посидеть с
отчетом — конечно! Не удивительно, что начальство меня берегло и ценило. И,
наконец, через год с небольшим, я очнулась, прислушалась к себе и обрадовалась
— от депрессии ничего не осталось, боли больше нет, и время действительно
лучший лекарь. На работе ко мне подкатывал уже несколько месяцев замдиректора…
Тоже в разводе, симпатичный примерно 30-летний мужчина.