Вдовица Прасковья, неожиданно для себя получает приглашение выйти замуж за купца Фрола Лукича, который давно в нее влюблен. Дав согласие на брак они объединяются в две семьи. Торговые дела призывают Фрола снарядить корабли и отправиться в плавание. Буря вынуждает команду высадится на берег, где попадает в рабство.
-Да погоди ты, наверняка что-нибудь дадут, - сказал Прохор. Но их вывели во двор на осмотр. Джафар с приклеенной улыбкой, обходил каждого пленника, ощупывая мышцы рук и ног, а так же требуя показать зубы. Довольный осмотром, он хлопнул в ладоши, ушел в дом. Пленных повели уже в третье по счету помещение, где пол в комнате был застелен стареньким ковром, а по середине на больших подносах дымился плов и лежали фрукты. В отдельных мисках находились изюм, курага и инжир. Мужики, не желая садиться нагишом за еду, недовольно зароптали. В боковую дверь тихо вошел невысокого роста человечек с ворохом одежды. Бросив ее на пол, он, указав на нее, вышел. Мужики стали разбирать одежду. Это оказались легкие шаровары и короткие безрукавки. Посмеиваясь друг над другом, они наконец-то сели за импровизированный стол. -Ну вот, хоть не голые, - разглаживая на себе мятую безрукавку, сказал Прохор. Теперь и поесть по-человечески можно, - вторил ему Иван. -Вот, басурманы, - проворчал Федор, не обнаружив ни одной ложки. – Как есть-то? -А ты руками, - сказал ему Фрол, закидывая в рот горсть плова. -Что и говори, все у них не по-русски, - проворчал Федор, подражая Семену, который набил себе рот вкусным пловом. Еда была сытная и вкусная. Набив себе животы, все начали клевать носами. Появившийся слуга отнес остатки пищи. Пленники, больше никем не обеспокоенные, тут же разлеглись на ковре и уснули.
Глава одиннадцатая
Утром слуга растолкал пленников и велел им выйти во двор. Справив нужду в большой чан, они вернулись обратно в комнату, где их ждали подносы с едой. Так продолжалось два дня. Джафар появился на третий день. Проведя очередной осмотр, он задержался около Владимира. В этот раз хозяин был не один, а со своей свитой. В его свите Фрол заметил юношу, чуть постарше Владимира. Светловолосый и голубоглазый, он резко отличался от темнокожих слуг. Взгляд печальных глаз на его красивом лице остановился на Владимире.