Совсем скоро они планировали сыграть свадьбу. Да, Пашка, был сыном своего отца, но не был папенькиным
сынком, а потому все свои проблемы решал сам. В добавок это не были проблемы,
это были просто задачи.
С
первых дней прихода Пашки в экипаж, штурман взял негласное шефство над молодым
летчиком. У штурмана, на исторической Родине, в Кишиневе остался сын. Он был
ровесником Пашки. Влад Мокану развелся с женой, когда их сыну было всего два
года. В дальнейшем он всячески пытался наладить отношения с сыном, но, как это
часто бывает, многие факторы этому не способствовали: другая страна, повторное
замужество бывшей. Он видел сына всего несколько раз и понимал, что для него он
не более чем добрый дядя, или говоря научным термином, является биологическим
отцом. Поэтому Пашке он давал то, что не смог дать своему собственному сыну. Да
и для экипажа это было очень полезно. Когда летчик знает премудрости
штурманской работы это очень здорово. При всем при этом штурман никогда не
позволял себе лишнего, а если где-то и перегибал палку, то делал это очень
деликатно, скрашивая неловкую ситуацию веселым анекдотом. В анекдотах ему не
было равных. Наверное, он мог бы соревноваться с самим Игорем Маменко. Однажды
Пашка спросил:
- Влад, а вы сколько анекдотов
знаете?
Не смотря на разницу в возрасте,
Пашка называл штурмана Владом, потому что в Молдавии нет отчеств, и даже в
документах пишут только имена и фамилии. И хотя штурман уже давно был
гражданином России, и имел российский паспорт, это была дань уважения традициям.
Услышав вопрос, штурман на
мгновенье задумался, а потом сказал:
- Давным-давно, еще в школьные
годы, я лежал в больнице, в палате со взрослыми мужиками. Среди них был один
сварщик, который из-за несчастного случая (лопнул газовый рукав) сильно
обгорел. Несмотря на это, и на то, что передвигался он практически на
четвереньках, и что последствия травмы останутся с ним на всю оставшуюся жизнь,
он не унывал и буквальном смысле излучал позитив, целыми днями веселя компанию
страдальцев различными анекдотами, это были и откровенно детские шутки, и
категории 18+, что как обычно усиливало запоминание. Мне нравились анекдоты, и
я старался запомнить их все. Для меня было очень важно знать, что значит
настоящий мастер анекдота. Тогда я спросил его, примерно, как ты сейчас: «А что
значит быть мастером анекдотов? На что получил быстрый ответ: «Быть мастером
анекдотов, это когда тебя спрашивают: «Расскажи анекдот. » А ты в ответ
спрашиваешь: «А про что?» А тебе говорят: «Нууу, например, про палец». А ты в
ответ спрашиваешь: «А про какой палец?»
В
половине восьмого все собрались в столовой, уже по форме одеты и с вещами.
Последним из номера спустился Кирилл. Глаза у него были красные, и это было не
удивительно. Аппетита ни у кого не было. За столом царило гробовое молчание.
Все молча допили кофе и вышли в беседку рядом с гостиницей, которая
одновременно служила и местом отдыха, и курилкой.