Подумал,
как быстро сейчас летит время, все мимолетно проходит и больше не возвращается.
Том ловил каждую счастливую минуту, а когда она таяла и исчезала, оставляя
воспоминание, ему становилось все печальнее на душе. Необычайное, сильное чувство
одолевало его, хотелось до щемленья в сердце, до дрожи в руках увести своих
друзей отсюда, прямо сейчас. Но почему, когда всем так хорошо? Том не понимал,
он только не мог побороть в себе желание вскочить и убежать без оглядки и
знать, что Мэгги, Энн и Майкл бегут рядом, пусть даже увести их за руку.
Он отгонял это ощущение, но оно не
проходило. Том искал спасения в глазах и улыбках друзей, надеялся, что они
уверят его в счастливом будущем, будущем, которого так смертельно сейчас подсознательно,
инстинктивно, боялась его душа.
Том вздрогнул, когда друзья
попытались с ним заговорить.
— Что-то сегодня наш беспечный Том
слишком серьезен, — смеясь, заметила Энн.
— Да, Энни, ты права, наверное, он
влюбился.
—Вовсе нет, я весел как никогда,
просто немного задумался.
— И что тебя тревожит?
— Ничего, я только хочу, чтобы мы
всегда были вместе.
— Мы и так вместе, — заверил его
Майкл.
— Знаю.
— Я пошел.
— Куда?! — беспокойно спросил он,
глядя на друга.
— Ты что? — всмотрелся в него Майкл, —
Мэгги зовет кататься верхом.
Он бросил короткий взгляд на тех
немногих гостей, разбредающихся верхом на лошадях небольшими группами.
— Присоединяйтесь к нам, — добавил он.
— Позже, — ответила Энн.
Когда Майкл поднялся и стал отходить,
Том с трудом пересилил себя, чтобы не схватить его за руку. Опустив на колено
приподнятую руку, Том спросил себя: «Что я делаю? Он ведь идет к Мэгги?».
Джеральд убил бы его, если бы вместо
глаз у него были мечи, пока Майкл подавал руку его жене. Только они отошли, как
к Джеральду присел Николас О'Генри. Он смотрел на удаляющуюся Мэгги, под руку с
его племянником.
— Боже, Джеральд, она прекрасна как
Венера! Ты все-таки очень умный малый.
— Спасибо, дядя (Николас и Оскар так
давно дружили, что Джеральд привык называть его дядей). Только Мэгги гораздо
стройнее и красивее, чем у Боттичелли.
— Безусловно, соглашусь с тобой, я
имел в виду образ.
…
Отъехав шагов на десять, они могли
заговорить.
— Я так соскучился, любимая.