3pt">Рита повизжала в унисон с подругами
и обернулась. Отец вслед за ней ступил на тротуар и, солидно приосанившись,
оглядывал студенческое море поверх голов.
— Ты тоже идёшь? — возмутилась Рита.
Отец обидчиво удивился:
— Я вообще-то соучредитель.
Рита потухла и, пожав локоть
ближайшей подруги, сказала:
— Девчат, извините, я с отцом.
Отец благожелательно осклабился:
— Не надо, иди, развлекайся. —
Широкий взмах рукой. — Мне ещё надо кое с кем увидеться.
Дождавшись, пока позади него не
вырастет тенью телохранитель, отец ледоколом двинулся к зданию колледжа. Рита
повернулась к подругам, и широкая улыбка сама собой растянула губы.
Сделал обход, отчитался ректору. Что
ещё делать завхозу провинциального колледжа? Конечно же, смаковать сплетни. А в
«Легне» слухи плодились как мухи. Ну, дык, не какой-нибудь техникум, а учебное
учреждение с частичным частным финансированием, почти коммерческое, но под
муниципальным контролем, — в общем, для подобных феноменов есть слово такое
специальное, от которого во рту появляется сладковатый привкус, его нельзя
произносить скороговоркой, оно должно таять на языке, чтобы по окончанию в
воздухе замирала томная пауза, обычно следующая за оркестровым крещендо.
Короче, колледж считался элитным.
С расцветом соцсетей люди,
принадлежавшие в народном сознании к элите, стали доступней для обывателя, флёр
таинственности с богачей и знаменитостей постепенно спадает, позолота начинает
стираться. Но для людей, изначально окружавших эту самую элиту, например, для
педсостава «Легны» отправлявшие своих чад учиться на люксовых авто в
сопровождении личных водителей представители социальной верхушки никогда
загадками и не были. Те же отцы и матери, что и миллионы других. Разве что с
более интересной жизнью. Вернее, с жизнью, которую так интересно обсуждать у
них за спиной.