В этом процессе материя переживает человеческие страдания –
рождается, развивается, умирает, воскресает. Именно эти человеческие качества
материи позволяют алхимику установить с ней контакт, воздействовать на нее.
Материя – это тоже человек, а Opus – средство
коммуникации с ним. Алхимик разговаривает с материей, заговаривает ее, влияет
на нее ментально-речевыми средствами. Opus – это
заклинание, риторика, филология. Через слово разум и воля алхимика
распространяются на материю и преображают ее, очеловечивая. Таким образом, язык
из средства общения превращается в средство создания реальности. Общаясь с
металлами, алхимик трансмутирует их. Заговаривая материю, алхимик создает Иное
Бытие, новую Реальность. Язык Птиц есть алхимия в ее лингвистической функции.
Алхимия есть Язык Птиц в своей лингвистической форме. Изучая Язык Птиц, мы
узнаем, что делает алхимию реальностью. Не через психологию, культурологию,
историю, марксистскую философию или материалистическую химию открывается дверь
в алхимию, но через Язык Птиц, то есть через то, что и есть алхимия сама в
себе. Языковые формы, речевые приемы есть тело алхимии, ее жизнь и сущность.
Алхимия – это не проблема химии. Алхимия – это лингвистическая проблема.
Алхимия и есть Язык Птиц.
Поскольку
алхимический Язык Птиц не просто описывает Opus, но сам же и является алхимическим Опусом, то правильно было
бы понимать, что он состоит не просто из слов и образов, но из слов-вещей и
образов-вещей. То есть слово в Языке Птиц не просто предметно и буквально, но
оно буквально и есть предмет, вещь. Слова не отражают и не воплощают явления,
но они и есть явления, то есть явлены, бытийны, телесны. Слова в Языке Птиц не
обозначают что-то, но они и есть что-то или даже Нечто. Язык Птиц делает
алхимический Opus
существенным, то есть – существующим, причем буквально, в реальности.
Реальность слова и реальность Великого Делания здесь совпадают. Это одна и та
же Реальность. Язык Птиц не рассказывает про алхимию. Язык Птиц сам говорит
алхимически и творит словом Великое Делание. Поскольку Язык Птиц говорит о Иной
реальности, то это означает, что алхимический Opus, описанный или высказанный им, протекает вне объектов, вещей
и явлений нашего материального мира, то есть возникает из отступления из нашей
материальной реальности и из отказа от ее законов и правил – как физических,
так и лингвистических. В алхимическом Атаноре наша материя сгорает, в реторте
материя растворяется и истончается, переходя на духовный план Бытия. То же
происходит и с языком, с правилами речи. Для Языка Птиц тело, которое говорит
на этом языке (сам алхимик), тело, о котором говорится на этом языке
(Философский Камень) и сверхтело, которое является источником этого языка
(Логос и Его Откровение в Слове), – это одно и то же в различных состояниях
Бытия и проявлениях Реальности.