Это единая
и единственная Реальность в множественности состояний Бытия. Такое единство
может быть выражено только в слове и усвоено лишь лингвистически. При этом
следует понять, что, как и объекты (камень, золото), так и слова («камень»,
«золото») имеют в нашем материальном измерении лишь частичное присутствие, а
частично принадлежат другому измерению, иной реальности (не-камень, не-золото),
которая и является местом проведения Великого Делания (наш камень, наше
золото). Одним и тем же словом называются реальные объекты, принадлежащие к
разным реальностям, и различные состояния Бытия, вплоть до Не-Бытия
(не-золото). Определение «это золото не есть обычное золото» [Розарий, 2022, с.
72] заключает в себе перспективу, процесс. Это и есть Великое Делание: у
золота, которое разлагается, выделяется семя золота, которое оживляется и
вносится в prima materia, и так создается духовное золото
иной реальности. Слово содержит в себе и разные состояния Бытия, и сам процесс
перемещения по разным планам Реальности. Разве это не золотое слово?
Откуда
же берется энергия для трансмутации? Нечеткость апофатической речи придает
слову эмоциональную насыщенность. Нечеткость, двусмысленность, многозначность
образов привносит множество смыслов, каждый из которых не отрицает, а
дополняет, обновляет и обогащает другие. Двусмысленности, многомерность
энергетически наполняют алхимическую речь, создающую эмоциональное силовое
поле. Эмоциональная же насыщенность слова дает энергию для проведения Великого
Делания, для трансмутации материи. Материя в своем алхимическом преображении
черпает энергию из слова, из его многосмысловой нечеткости и из многогранности
речевых образов. Благодаря многозначности и многомерности слово не означает
вещь, а формирует ее в текучем, неуравновешенном и неуловимом состоянии
алхимического Опуса. Избыток аффекта речи здесь прямо пропорционален степени
апофатичности слова. Эмоциональный избыток речи прямо вызван непонятностью
слов, отрицательностью их значений. Энергия Опуса порождена мучениями,
вызванными непонятными терминами и многозначными образами. Для алхимика обычный
язык профанных масс мертв. Он ищет новые формы языка, новую лингвистическую
форму для своего Великого Делания.
Слово
эмоционально связано с действием, которое оно провоцирует. Причудливость
алхимического текста, неожиданность языковых приемов – это лишь приманка,
которая должна вызвать у читателя эмоциональный отклик, энергетический всплеск,
который и используется для трансмутации материи. Язык алхимии есть приманка для
алхимика. Взрыв эмоций, вызванный Языком Птиц, влечет за собой взрывные
трансмутации в физическом плане. В алхимии языковые эффекты становятся
реальными эффектами материального мира: речь не просто влияет на протекание
Великого Делания; речь и есть Великое Делание алхимика. Если осознать, что
«камень является не камнем», а «наше золото – не золото дураков», то тогда
алхимические Камень и Золото не могут восприниматься как объекты, предметы или
вещи, но только как следствие связанных воедино реальных событий, результат
цепочки действий, называемых Великим Деланием. Камень, Золото – не предметы как
таковые (их как раз «нет» как таковых), но они могут быть поняты, познаны,
увидены и получены лишь в перспективе алхимического Опуса, основой которого
является Язык Птиц. Язык Птиц «разговаривает» Камень и Золото, произносит их,
делая их реальными и осуществляя Великое Делание. Язык Птиц – это алхимический Opus. Слова, составляющие речь алхимика, – и есть цепочка
реальных событий, преобразующих Космос. Язык своей энергией проницает материю и
преобразует ее.