Непонятные слова, многозначные образы алхимии провоцируют
читателя на ответную реакцию. В нем пробуждается желание понять и
интерпретировать знаки, а для этого включается механизм воображения. Это
воображение и творит образы, но уже не речевые, не мыслительные, а реальные,
материальные. Воображение, спровоцированное Языком Птиц, создает физические
образы-вещи. Так происходит трансмутация материи под воздействием слова.
Одним
из главных приемов в Языке Птиц является замена, перифраза обычного имени
божества или названия предмета, вещи, металла. Замена обычно основана на
использовании множества метафор и символов, указывающих на одно из состояний,
качеств или проявлений названной вещи или явления. В то же время, это слово
оказывается тайным именем вещи, непонятным непосвященным. Косвенные обозначения
и именования основаны на символах и перифразах. Один образ соединяет в себе
несколько смыслов. Один смысл распространяется на несколько образов.
Многозначность символов и метафор соответствует множественности состояний
Бытия. Хуан Атиенса настаивает на символической природе алхимической речи [Atienza, 2001, c. 21, 107, 108-111, 381-382]. Клаймер подчеркивает, что
«Алхимики никогда не называют свой субъект
прямо», но только в переносном смысле [Clymer, T. 3, 1907, c. 48]. Он подчеркивает: «С помощью символизма алхимики
избегают трудностей, связанных с изложением предмета на обычном языке» [Clymer, T. 2, 1907, c. 163]. По его
мнению, при чтении текста, написанного символами, следует «рассматривать вещи,
а не слова» [Clymer, T. 3, 1907, c. 80]. То
есть следует воспринимать значение символа не буквально, а реально, как
реальность духовного Бытия. Язык алхимического текста реален, но не ясен. В нем
используются названия металлов, устройств, химических операций, но ничто из
этого не имеет в действительности тот смысл, который заключен в используемом
слове, образе или термине. Всё условно, переносно, аллегорично, символично. Это
лишь материальные символы чего-то Иного, духовного, запредельного, что не может
быть ни названо напрямую, ни осознано непосредственно. Алхимический язык
описывает, но не называет. Классическим примером этого могут служить 50
определений, которые Руландус дает materia
prima, каждый из которых
описывает какие-то качества, но не называет ее напрямую [Rulandus, 2001, c.