Июнь с короткими ночами,
Когда я подал на отъезд,
Пахнул дымком желанных мест;
Июль с циничными речами
Окрасил новой краской год,
Да вот и август настаёт.
XIX
Тугих рябин зарделось пламя,
В траве лысеет одуван,
За уткой гусь взмахнул крылами...
Заслыша песню чуждых стран,
Четыре тополиных ветки
Склонили к старенькой беседке
Венцы желтеющей листвы,
А крон понурые главы,
В нашествии дождей осенних
Предвидя холод перемен,
Подобием живых антенн
Ловили дальних опасений
Незаглушимую волну
И уж не верили в весну.
XX
Есть мненье, будто бы искусство
Ценить неможно натощак,
Ибо, когда в желудке пусто,
Сосредоточен на харчах,
Наш ум спешит умаслить тело,
Чего б душа там не хотела.
Согласно мнениям иным,
Ремень душе необходим
Поджатый, ибо plenus venter
Или, по-русски, сытый брюх...
Я продолжать не стану вслух
То, что Вы помните libenter,
Но приоткрою пласт один
Исторьей пройденных годин.
XXI
Бухого барина Поволжья
Рубил с плеча топор лесов,
Мол, голодающих по-волчьи
Травил он сворой гончьих псов,
Пока вконец не околеют
И по-овечьи не заблеют.
Подобных зверств - известно мне -
В советской не было стране,
Где даровал заветы Ленин,
Где верил всяк в заветы те,
А если пусто в животе,
Кормил людей аутотреннинг,
О чём заботились везде
Психологи НКВД.
XXII
Но в послесталинскую эру,
Прибрав психологов к рукам,
Развеяв мрачную химеру,
Иная грань открылась нам:
Бальзам живительный и верный,
Равнявший небеса и скверны,
Нам полнил хохотом живот
Антисоветский анекдот.
Его рассказывали тихо,
Но смаковали горячо.
Он был нам третье плечо
В очередях. Не зная лиха,
Он кудри наших душ трепал...
Куда же ныне он пропал?. .
XXIII
Теперь, в миру свободной давки,
Где нет почти очередей,
Я вспоминаю те прилавки,
Когда стерильностью своей
Голодный взгляд они питали,
А продавщицы хохотали
В глаза (не как в усы теперь)
Любому, кто откроет дверь,
И, радуясь, почти как дети,
Указывали в мир зеркал,
Откуда анекдот сверкал,
В котором ни одной диете
Не сыщешь пищи по-зубам,
Поскольку всё сожрали там.
XXIV
К решеньям вечным, безупречным
Шёл обездоленный народ,
В очередях всебесконечных
Рождая новый анекдот -
Тот сюрреальный, безрассудный,
Циничный, зычный и абсурдный,
Являвший голые уста
Без тела и без живота.
По перекупленным билетам
Из всех проёмов и окон,
Как флаг страны, вздымался он,
Садистским воспаря куплетом
Над чревом тлеющих эпох -
Эпохи новой жадный вдох.
XXV
Взор оторвав от магазинов,
Откроем рынка чудный вид,
Где шустрых несколько грузинов
Московитянам дефицит
По ценам жарким поставляли.
Продукт на стол мы подавали,
Коль дорогой нагрянет гость,
Подальше спрятав чёрну кость
Копытца, сваренного трижды.
Долин Кавказа спелый плод,
Разнежа соками живот,
Умы манил на рынок книжный
Иль в дом приветливый один
На Малой улице Грузин. ...
... - Малая грузинская - улица в Москве.
XXVI
Известный западным вельможам,
Пустоты краской окропив,
Был в доме оном расположен
Художников кооператив.
Дразнящим ароматом мокко
В нём выставка сверкала МОКХГа ... -
Китайкин, Гельман, Чернышов...
'Кофейня' их 'Всэм харашо'
Для прихожан была закрыта,
Но плотно запертая дверь
С табличкой шалой - верь, не верь -
Дарила привкус дефицита,
В котором, в стиле тех времен,
Акцент был даже соблюден.
... "Московсий объединённый комитет художников-графиков" - группа полузапрещённых художников-нонконформистов, с треском принятых всё же под таким названием в Союз Художников СССР.
XXVII
Здесь, нарисованный с натуры,
Посажен на почётный кол,
В саду Нескучном (парк Культуры)
С доскою шахматною стол
Под сенью липы красовался...
Тот сад под вечер закрывался,
Однако, с Ленинских высот
Конспиративный был проход
Под металлической решёткой.
На том столе, коль не соврал,
Ночами в шашечки играл
Приятель мой с его красоткой,
Которых я тогда не знал...
Вернёмся же в картинный зал.
XXVIII
Не та бессовестная сволочь,
Что захватила огоньки -
Здесь "Пассажиркой" Файбисович
Крамского вздыбил за грудки.
Традиционный взгляд конфузя,
Тут марлей, стянутою в узел
На белом грунте полотна,
Триптих висел: "Я - Ты - Она".
Т. Глытнева на лик апрельский
Слезой "Окна" намыла свет,
Клепал Гордеев свой портрет,
А старый друг мой Ю. Метельский
Рыл червоточины в мозгу
Румяным "Яблоком в снегу".
XXIX
Здесь, нахлобучив понарошку
Мужскую шляпку-канотье,
Хрустела барышня картошку
И слушала Миррей Матье;
И с ней слуга Ваш непокорный
Под звуки лиры и волторны
(К вопросу о la pomme de terre ... )
Затеял, было, adultere ... ... ,
Но налетевшие событья
Мечту уняли, c' est la vi ... !
По той несбывшейся любви
Завоет критик жалкой выпью,
Но ты, нечтитель мой, не плачь:
Я испеку другой калач.
... - Картошка (фр.