Главное —
найти.
Харука
мы разыскали быстро. Действительно каждая собака. Да и Прим мне показался даже
не городом, а так… большой деревней. Просто хорошее местоположение на стыке
нескольких торговых путей дало ему скандальную известность. Здесь обменивали,
сбывали «живой товар», перекупали оптом и в розницу. Вокруг Прима располагались
лагеря рабов. Было жутко даже смотреть. Неужели где-то там, в этой грязи,
нечистотах, смраде сейчас находится мой муж? Конрад привел к карете
перекупщика. Золотой быстро развязал ему язык.
— Да,
помню, конечно. Больной мужчина, с плохо-залеченной головой. Почти не говорил.
Заикался. Но сильный. Правда весь в шрамах, но и зубы хорошие были, и мускулы
крепкие… — он рассуждал о моем муже, как о лошади, я изо всех сил держала
себя в руках, медленно сатанея… — ох и намучился я с ним. Все норовил
сбежать, даже с ошейником. Агрессивный, дрался с охранниками, хотя… куда ему…
больной же, — видимо, что-то такое увидел на моем лице, как сразу запнулся
и выпалил, — да вы не переживайте, я его перепродал в хорошие руки.
— Кому
и когда? — ели выдавила я сквозь зубы. По алчно-блестящим глазам видела,
что бандит дико жалеет, что поторопился. Понял, что мог бы наварить побольше.
— Так
уже поди больше двух недель прошло. На ярмарку в Окру повели. Это возле южной
границы. А купил оптом Паук. Знакомый мой, кличка у него такая… — да…
подумала я, не очень ласковая кличка, Харук продолжал, — вы от меня
весточку ему передайте, он вспомнит. А найдете у южных ворот Окры, у него там
ферма.
И мы
тронулись дальше на юг. Поиски затягивались. Уже больше месяца в дороге, казалось,
я никогда не жила по-другому, все время куда-то ехала и ехала.